«Где мой сын? Он вообще в курсе того, что тут происходит?» – разозлилась свекровь
Инна Васильевна тяжело дышала, Ане даже показалось, что из ноздрей свекрови валил пар.
— Анечка, а почему в холодильнике ничего нет? Стоило Игорьку уехать, как сразу же на полках пустота, везде пыль, и обувь как попало в прихожей разбросана.
— Инна Васильевна, в холодильнике не пусто. Смотрите, вот обезжиренный йогурт, овощи, тут творог и сметана.
— Разве это еда? Смотри, я принесла пирог с капустой, сама, между прочим, делала. Могу и тебя научить, только тебе это, наверное, неинтересно?
— Неинтересно, Инна Васильевна. Я не ем мучное.
— Но ведь Игорек же ест!
Инна Васильевна выложила из хозяйственной сумки два контейнера с пирогом, кусок свежего мяса, купленного на рынке возле ее дома, потом достала пластиковую бутылку с домашним молоком.
— Вот молоко так молоко! — с гордостью сказала свекровь, показывая рукой на бутылку, в верхняя часть которой на четверть была заполнена жиром. — Домашнее, полезное, со всеми витаминами и минералами.
Аня хмыкнула, но сделала это, предварительно отвернувшись от чересчур чувствительной свекрови. Услышь Инна Васильевна этот звук, она всенепременно возмутилась бы отношению невестки к ее стараниям.
— Инна Васильевна, — стараясь сохранять спокойствие и выдержку, произнесла Аня, — мы с Игорем не пьем такое молоко. Оно слишком жирное. А Игорь вообще сейчас в командировке, приедет только в конце недели, это молоко пропадет. Заберите его домой.
— Еще чего! — возмущенно ответила свекровь и заботливо поставила бутылку в холодильник. — Я выпью, когда к вам наведываться буду. И мяско не замораживай, я из него пельменей налеплю. Ты же магазинные покупаешь, а в них неизвестно что кладут. Я вообще слышала, что пельмени из пачек готовят на грязных сладах из протухшего мяса.
Аня сморщилась, представляя себе эту картину. От одной мысли о мясе и пельменях ее замутило, захотелось срочно спрятаться в ванной и не видеть той груды ненужных продуктов, которые продолжала выкладывать из своей хозяйственной сумки свекровь.
— Зачем вы будете наведываться к нам, если Игорь в командировке? — спросила Аня, подавив приступ тошноты. — Все равно никого не будет дома.
— А ты? — Инна Васильевна прищурилась. — Гулять, небось, собираешься? С подружками по ночным клубам шататься?
— Я уже давно не хожу по клубам, — возразила Аня, но уже понимала, что любые ее слова и увещевания были бесполезным сотрясанием воздуха. Все равно свекровь будет приходить к ним домой, приносить продукты, наводить свои порядки.
Это продолжалось уже почти год. Стоило уехать старшей дочери Инны Васильевны вместе с мужем на Дальний Восток на постоянное место жительства, как мать Игоря тут же переключила свое внимание на семью младшего сына. Детей у Ани и Игоря пока не было, зато имелась весьма деятельная свекровь-пенсионерка, любившая все держать под своим контролем.
Домой к сыну Инна Васильевна наведывалась почти каждый день. Игорь имел неосторожность отдать матери запасной комплект ключей, и Инна Васильевна, не стесняясь отсутствия в доме хозяев, являлась в квартиру сына тогда, когда она считала нужным. По факту, свекровь бывала в их доме каждый день, часто оставалась на ночь, потому что боялась одиночества и темноты.
— Игорь, поговори с мамой, — Аня обратилась к мужу спустя примерно месяц после того, как к ним зачастила Инна Васильевна, — я в собственном доме не могу нормально раздеться, посмотреть телевизор, съесть то, что мне хочется.
Игорь округлил глаза и посмотрел на жену с нескрываемым ужасом:
— Ты что? Предлагаешь матери от ворот поворот дать? Как ты себе это представляешь? Прихожу я домой, а потом указываю ей на дверь? Мама и так после ухода отца еле выкарабкалась, а тут еще я со своими правилами! Нет, я так не смогу. Мне смелости не хватит матери указывать, что можно делать, а что – нельзя.
Аня только тяжело вздохнула. Понимала, что старшая сестра Игоря Дина своевременно сбежала вместе с мужем от назойливого участия в своей жизни матери, а вот Игорь остался мишенью для Инны Васильевны. Женщина вышла на пенсию три года назад, и с тех пор буквально атаковала своим вниманием детей. Главной жертвой была Дина, имевшая двоих детей и вечно пропадавшая на работе, а после ее отъезда под раздачу попал и Игорь.
Бывший муж Инны Васильевны десять лет назад ушел от нее именно по той причине, что женщина окружала его чересчур настойчивой заботой и вниманием. Жена контролировала каждый шаг своего супруга, звонила ему по пять-шесть раз в день, могла приехать на работу в обеденный перерыв, чтобы накормить его «полезной едой». В конце концов, Виталий Анатольевич устал от этого контроля, и спустя двадцать четыре года совместной жизни ушел от супруги.
Инна Васильевна была уверена в том, что ее муж не выдержит одиночества и вернется к ней максимум через неделю или две. Однако этого не случилось, напротив, Виталий Анатольевич уже спустя год женился снова, его женой стала молодая и красивая женщина, а Инна Васильевна кусала локти и костерила бывшего мужа, припоминая ему все его недостатки.
— Вел себя по отношению ко мне гадко, — говорила свекровь Ане, а та слушала ее вполуха, — выпивал, мог и руку на меня поднять, оскорблял меня.
Это все было неправдой, в этом Аня не сомневалась ни на минуту. Слишком хорошо Аня знала своего свекра, она общалась с ним, но свекрови об этом предпочитала не говорить. А Инне Васильевне жизненно важно было реабилитироваться в глазах своей невестки: ну не могла же мать мужа, быть хуже нее! Почему-то Инна Васильевна была уверена в том, что от хороших жен, если и уходят, то только плохие мужья, и потому делала из Виталия Анатольевича чуть ли не монстра.
Игорь общался с отцом втайне от матери, очень уж Инне Васильевне не нравилась сама мысль о том, что ее сын мог продолжать общение с отцом-предателем. Игорь же вполне спокойно относился и к Виталию Анатольевичу, и к его новой жене, и к младшей сестре, родившейся через два года после развода отца с матерью.
Кроме того, Аня близко общалась с новой женой своего свекра. Ирина была всего на пять лет старше Ани, между женщинами сложились теплые и доверительные отношения, о которых свекровь, разумеется, ничего не знала.
— Ира, как я устала от вечного присутствия Инны Васильевны в моей жизни! — часто жаловалась Аня своей подруге на поведение свекрови. — Ее слишком много в нашем доме, а Игорь ничего не хочет предпринимать для того, чтобы ситуацию исправить.
Ирина с пониманием смотрела на Аню и сочувственно кивала:
— Я представляю. Виталик рассказывал мне о том, как она контролировала каждый его шаг, требовала отчет чуть ли не о каждой минуте его времени, проведенной вдали от Инны. Он долго терпел, и Динка долго терпела. Неизвестно, на сколько хватит тебя и Игоря. Я бы вообще не смогла с таким человеком на одной территории находиться больше суток.
Аня с тоской размышляла о том, как же ей поступить, чтобы хоть как-то ограничить визиты свекрови к ним в дом. Помимо того, что Инна Васильевна являлась к ним, когда считала нужным, женщина готовила на кухне Ани, стирала свои вещи и вещи Игоря, могла остаться в любой день с ночевкой, а о своих приходах никогда заранее не извещала. Аня сильно устала от этого, а, когда выяснилось, что она ждет ребенка, кардинальные меры показались крайне необходимыми.
— Игорек, Анечка! — в первый же день после возвращения Игоря из командировки Инна Васильевна была в их доме с самого утра. — У меня для вас новость!
Аня бросила быстрый взгляд на Игоря. Он еще ничего не знал о беременности жены, не знала об этом и свекровь, поэтому уж кому, как не Ане можно было с такой помпезностью сообщать действительно важную новость. Но нет, одеяло всеобщего внимания на себя снова перетянула Инна Васильевна.
— Я решила затеять дома ремонт! — торжественно объявила свекровь и горящими глазами посмотрела на Аню. — Вы рады? Наконец, у меня дома все будет так же как и у вас: новые обои, мебель, сантехника! Я так долго шла к этому!
— Мам, я очень рад, — коротко ответил Игорь, с нетерпением готовясь идти к себе в комнату и усесться за компьютер, оставив мать наедине с женой.
— Но это еще не все! — почти вскричала Инна Васильевна. — На время ремонта я поживу у вас. Дина с семьей уехала, а жить в квартире, полуразрушенной и пропахшей краской, я не хочу.
Аня почувствовала, как внутри у нее все опустилось. Вот это новость! Мало того что приходится почти каждый день и по несколько часов подряд терпеть присутствие рядом свекрови, так она еще теперь собирается поселиться у них!
— И сколько продлится ремонт? — дрогнувшим голосом спросила Аня, чувствуя очередной приступ токсикоза.
Инна Васильевна лучезарно улыбнулась:
— Не больше полугода. Может, раньше управимся, может быть, чуть позже.
«Нет!» — это слово красными буквами промелькнуло в сознании Ани. Ей хотелось кричать, биться головой о стену, топать ногами и указать на дверь Инне Васильевне, или собрать ее вещи и увезти свекровь на Дальний Восток или вообще на другую планету, но Аня не могла себе этого позволить. Игорь был бы против.
— Все будет хорошо, — убеждал муж Аню вечером, когда они уже ложились спать, — я постараюсь сделать так, чтобы мамин ремонт закончился побыстрее. Ну и отправим ее на пару недель к Динке. Пусть там поживет, с внуками повидается.
Аня молчала, стиснув зубы. Говорить о своем деликатном положении ей не хотелось, вообще ничего не хотелось, разве что сбежать из дома, в котором вот-вот поселится Инна Васильевна со своими котомками, старыми вещами и указаниями.
— Не горячись! — говорила на следующий день Ане Ирина. — На тебе лица просто нет.
— Ты представляешь, она собирается жить у нас полгода, а то и больше! — Аня была готова разрыдаться от беспомощности. — Что мне делать? Может быть, к родителям сбежать?
— Нет! Ни в коем случае! — Ирина замотала головой. — Тогда Инна обоснуется в вашем доме навечно! Нужно действовать иначе. И я даже придумала, как именно.
Аня с удивлением посмотрела на подругу. Что могла придумать Ирина? Что вообще можно было придумать для того, чтобы отвадить от дома женщину, готовящуюся обосноваться там всерьез и надолго?
В выходные Инна Васильевна, как обычно, без предупреждения, явилась в дом к Ане и Игорю. Попыталась открыть дверь своим ключом, но у нее не получилось: кто-то запер дверь изнутри на внутренний замок.
— Аня? — Инна Васильевна с порога набросилась на невестку, открывшую ей дверь только через две минуты после того, как свекровь начала трезвонить в дверной звонок. — Что за ерунда? Почему дверь заперта?
Инна Васильевна, держа в руках две хозяйственные сумки, набитые хлебом, домашним молоком и контейнерами с ее очередными мучными шедеврами, стояла посреди прихожей и испепеляла взглядом невестку.
— Извините, это я случайно заперла дверь, когда пришла, — в прихожей появилась Ирина, облаченная в домашний халат и тапочки.
Лицо Инны Васильевны перекосилось при виде соперницы, пусть и бывшей. Это теперь Ирина была законной женой Виталия Анатольевича, а девять лет назад она была всего лишь его пассией, жившей рядом с мужчиной на птичьих правах.
— Что она тут делает? — недовольно спросила Инна Васильевна, обращаясь к Ане, словно Ирины и вовсе не было поблизости. — Кто ее впустил?
— Я впустила, — спокойно ответила Аня, — Ира с дочкой поживут у нас.
— Месяца два, не больше, — с улыбкой добавила Ирина и попыталась взять из руки Инны Васильевны сумки, но та упрямо убрала руки и сделала шаг к двери, — просто Виталик решил устроить у нас в доме ремонт, а нам совершенно некуда пойти.
Инна Васильевна тяжело дышала, Ане даже показалось, что из ноздрей свекрови валил пар. Как же она ненавидела Ирину, это было заметно невооруженным взглядом.
— Я еще раз спрашиваю тебя, — обратилась Инна Васильевна к Ане, — что она тут делает? Где Игорек? Он вообще в курсе того, что тут происходит?
— Конечно, — продолжая улыбаться, вежливо ответила Ирина, — Игорь сам пригласил нас к себе.
— Я не понимаю! — Инна Васильевна тряхнула головой. — Кто она такая, чтобы тут распоряжаться? Кто ей слово давал?
— Ира – моя гостья. Как и вы, Инна Васильевна. Проходите, давайте я помогу вам с сумками. Игорь уехал с ребятами на рыбалку, вернется завтра после обеда. Чего вы замерли?
Свекровь нерешительно топталась в прихожей, недовольная услышанным, да и вообще всем происходящим в доме, где она считала себя главной.
— Я не понимаю! — повторила Инна Васильевна. — Почему Игорь мне ничего не сказал? Почему меня никто не предупредил о том, что здесь будет кто-то жить?
— Потому что это наш с Игорем дом, — ответила Аня, — и мы сами принимаем решение о том, кого и когда впускать в него. Ира и Олечка – наши гости, как, впрочем, и вы. Так вы будете проходить, Инна Васильевна? Чаю попьем все вместе.
— Нет! — закричала Инна Васильевна и, так и не сняв обувь, развернулась к двери. Поставила одну сумку на пол, полезла в карман куртки. Достала оттуда ключи, швырнула их на комод в прихожей.
— Забирайте свои ключи, — буркнула она, не оборачиваясь и снова хватаясь за тяжеленную сумку, забитую провизией, — и вообще, предупреждайте меня о том, что зовете кого-то к себе домой. Чтобы я не чувствовала себя так глупо, как сегодня.
«Для этого достаточно просто не приходить к нам без приглашения!» — мелькнула в голове у Ани короткая мысль, но вслух она сказала совсем другое:
— Инна Васильевна, а вы звоните перед приходом, тогда вы заранее будете знать о том, кто у нас гостит.
Входная дверь шумно хлопнула, а Аня с Ириной переглянулись и громко рассмеялись.
— Интересно, надолго ли хватит этого отворота? — спросила Аня, вытирая слезы.
— Как минимум, на два месяца, — со смехом ответила Ирина, — а за два месяца она привыкнет к тому, чтобы приходить в дом к сыну, предварительно звоня по телефону или хотя бы в дверь.