Татьяна удивленно посмотрела на мужа: Почему он вдруг не хочет ехать к своей маме на 8 марта?
Татьяна молча отступила, пропуская свекровь в квартиру. Внутри все клокотало, но она сдержалась — все-таки мать мужа, как-никак.
— Тань, а может не поедем к маме на 8 марта? — как бы невзначай спросил Сергей, не отрываясь от телевизора. — У нее и так гостей будет полный дом, да и нам лишние траты ни к чему.
Татьяна недоуменно посмотрела на мужа. Обычно муж первым рвался навестить свою мать, а тут вдруг такие отговорки.
— С чего это вдруг? — поинтересовалась она. — Ты же сам всегда говорил, что маму нужно чаще навещать.
— Ну… — замялся Сергей. — Просто подумал, может отметим вдвоем? Сходим в ресторан, например.
Все было так: муж явно что-то скрывал. И отговорки у него имелись. И странное поведение — тоже.
Только вот Татьяна не понимала, почему нельзя просто сказать правду? Почему обязательно нужно выдумывать какие-то нелепые причины?
— Серёж, ты меня удивляешь, — покачала головой Татьяна. — Какой ресторан? У нас денег едва хватает на то, чтобы концы с концами свести. Вон, холодильник полупустой, а ты о ресторанах.
— Ну, я думал, может, всё равно платим картой рассрочки… — пробормотал Сергей, но тут же осекся под строгим взглядом жены.
— Опять в долги влезать? — возмутилась Татьяна. — Нет уж, хватит с нас. Поедем к твоей маме, как и планировали. И точка.
Сергей тяжело вздохнул, но спорить не стал. Татьяна же задумалась — с чего это вдруг муж так резко изменил свое мнение? Обычно он первым собирался в гости к матери, а тут такое сопротивление.
Всю следующую неделю Сергей был сам не свой. То забывал купить хлеб по дороге с работы, то не мог найти свои носки, хотя они лежали на видном месте. А когда Татьяна попросила его сходить купить большую упаковку стирального порошка, он и вовсе побледнел:
— Может, в следующем месяце? — пробормотал он. — Сейчас денег маловато…
— Как это маловато? — удивилась Татьяна. — Ты же зарплату на прошлой неделе получил. Неужели все уже потратил?
— Да нет, просто… — Сергей замялся. — Ладно, схожу.
Он нехотя поплелся в магазин, а Татьяна осталась дома в полном недоумении. Что-то явно было не так, но что именно — она никак не могла понять.
Накануне 8 марта Сергей предпринял последнюю попытку отговорить жену от поездки:
— Тань, а может все-таки останемся дома? — жалобно попросил он. — Что-то мне нездоровится…
— Серёж, ну хватит уже, — не выдержала Татьяна. — Что с тобой такое? Ты как будто боишься к матери ехать. Может, ты ей что-то должен?
— Нет-нет, что ты! — поспешно открестился Сергей. — Просто… Ай, ладно. Поехали.
Утром 8 марта они сели в старенькую гранту и отправились в соседний город, где жила свекровь. Всю дорогу Сергей нервничал, то и дело поглядывая на часы.
— Да что с тобой такое? — не выдержала Татьяна. — Ты как на иголках.
— Ничего, все нормально, — буркнул Сергей, вцепившись в руль.
Когда они подъехали к дому свекрови, Татьяна ахнула — подъезд был весь в строительных лесах, а из окон доносился шум перфоратора.
— Это что такое? — удивилась она. — У твоей мамы ремонт?
Сергей побледнел и промямлил что-то невнятное. Они поднялись на четвертый этаж, и тут Татьяна окончательно потеряла дар речи — квартира свекрови преобразилась до неузнаваемости. Новые обои, натяжные потолки, ламинат на полу…
— Ой, детки приехали! — радостно защебетала Нина Петровна, выбегая в коридор. — Проходите, проходите! Сейчас чайку попьем.
— А что это у вас тут происходит… — начала было Татьяна, но свекровь перебила ее:
— Ах, это! Да вот, решила обновить квартирку немного. А то все старое было, обшарпанное и тем более капитальный ремонт дома идёт. Теперь везде будет красота такая!
— И во сколько вам это обошлось? — осторожно поинтересовалась Татьяна.
— Да чего там, — махнула рукой Нина Петровна. — Сереженька помог, дай бог ему здоровья. Вот уж сын так сын!
Татьяна медленно повернулась к мужу. Тот стоял, опустив глаза в пол, и, казалось, готов был провалиться сквозь землю.
— Сереженька помог? — тихо переспросила она. — И как же он помог?
— Танюш, давай потом поговорим, — пробормотал Сергей. — Не при маме…
— Нет уж, давай сейчас, — отрезала Татьяна. — Нина Петровна, и сколько же вам Сереженька денег дал?
— Ой, да что вы, какие деньги! — замахала руками свекровь. — Так, по мелочи…
— По мелочи? — Татьяна чувствовала, как закипает. — А ну-ка, Сергей, колись. Сколько ты маме отдал?
Сергей молчал, не поднимая глаз.
— Я спрашиваю — сколько? — повысила голос Татьяна.
— Пятьсот тысяч, — едва слышно пробормотал Сергей.
У Татьяны закружилась голова. Пятьсот тысяч! Да это же почти все их сбережения, которые они откладывали на новую квартиру.
— Как ты мог? — прошептала она. — Мы же копили… На квартиру…
— Танечка, да вы не волнуйтесь! — вмешалась Нина Петровна. — Я вам все верну, честное слово! Вот пенсию получу…
— Свою пенсию вы получите через двадцать лет, — горько усмехнулась Татьяна. — А мы на что жить будем? У нас дети, между прочим. Которым нужно что-то есть, во что-то одеваться…
— Ой, да ладно тебе, — махнула рукой свекровь. — Подумаешь, дети. Вырастут как-нибудь. А у меня в доме капитальный ремонт, трубы меняют, всю плитку вскрыли, батареи… я же не могу в бетоне оставаться. Вон, соседка Клавка себе евроремонт забабахала, а я что, хуже?
Татьяна молча развернулась и вышла из квартиры. Сергей бросился за ней:
— Тань, подожди! Давай поговорим!
— О чем говорить? — устало спросила Татьяна. — Ты все решил за меня. За нас. За наших детей. Что тут обсуждать?
Они молча спустились вниз и сели в машину.
— Поехали домой, — тихо сказала Татьяна.
Всю обратную дорогу они не проронили ни слова. Татьяна смотрела в окно на проносящиеся мимо деревья и думала о том, как одно необдуманное решение может разрушить годами строившиеся планы.
Дома она молча собрала вещи и сказала:
— Я еду к родителям. Мне нужно подумать.
— Тань, ну прости меня! — взмолился Сергей. — Я все исправлю, честное слово!
— Как ты это исправишь? — грустно улыбнулась Татьяна. — Выпросишь у матери деньги обратно? Или заставишь ее продать квартиру с евроремонтом?
Она вышла из квартиры, оставив Сергея стоять в прихожей с потерянным видом.
В родительском доме Татьяна наконец-то дала волю слезам. Мать гладила ее по голове и приговаривала:
— Ничего, доченька, прорвемся. Не ты первая, не ты последняя.
— Мам, ну как же так? — всхлипывала Татьяна. — Мы же копили, мечтали… А он все матери отдал. Ради чего? Ради какой-то новой плитки и ламината?
— Мужики, они такие, — вздыхала мать. — Вечно им мамкина юбка дороже собственной семьи.
Татьяна провела у родителей выходные. За это время Сергей звонил ей каждый день, умолял вернуться, обещал все исправить. Но она не брала трубку. Ей нужно было время, чтобы все обдумать.
Наконец, она решилась вернуться домой. Открыв дверь своим ключом, она застала Сергея спящим на диване в обнимку с бутылкой. По квартире были разбросаны грязные вещи, на кухне громоздилась гора немытой посуды.
Татьяна тяжело вздохнула и принялась за уборку. Через час, когда квартира приобрела более-менее пристойный вид, проснулся Сергей.
— Танюша! — обрадовался он, увидев жену. — Ты вернулась!
— Вернулась, — кивнула она. — Нам нужно поговорить.
Они сели на кухне. Сергей виновато смотрел на жену, не зная, с чего начать.
— Я все понимаю, — наконец сказал он. — Я виноват. Но я все исправлю, честное слово! Я устроюсь на вторую работу, буду больше зарабатывать…
— Дело не в деньгах, Серёж, — покачала головой Татьяна. — Дело в доверии. Ты принял важное решение за моей спиной. Решение, которое повлияло на всю нашу семью. И даже не посчитал нужным со мной посоветоваться.
— Я боялся, что ты будешь против, — пробормотал Сергей.
— Конечно, я была бы против! — воскликнула Татьяна. — Потому что это неправильно — отдавать последние деньги на ремонт, когда твои собственные дети в обносках ходят!
— Но это же моя мать… — начал было Сергей, но Татьяна перебила его:
— А я твоя жена! А Петька и Машка — твои дети! Мы что, менее важны для тебя, чем мать?
Сергей молчал, не зная, что ответить.
— Знаешь что, — наконец сказала Татьяна. — Я остаюсь. Но не ради тебя, а ради детей. Им нужен отец, каким бы он ни был. Но запомни — еще одна такая выходка, и я уйду. Насовсем. И детей заберу.
— Я все понял, — кивнул Сергей. — Клянусь, больше такого не повторится.
Татьяна грустно улыбнулась. Она знала, что не сможет больше доверять мужу как прежде. Что каждый раз, глядя на него, будет вспоминать о том, как легко он пожертвовал благополучием семьи ради прихоти матери.
Но она была готова терпеть. Ради детей. Ради той мечты о собственном доме, которая теперь отодвинулась на неопределенный срок. Ради того будущего, в которое она все еще хотела верить.
А вечером, укладывая детей спать, она думала о том, что, возможно, когда-нибудь они поймут, почему мама так часто грустит, глядя в окно. Почему так редко улыбается, слушая их веселый смех. И почему каждый раз, когда папа говорит о поездке к бабушке, в ее глазах появляется странное выражение — смесь боли, обиды и разочарования.
Но это будет потом. А сейчас она просто целовала их на ночь, гладила по головкам и шептала:
— Спите, мои хорошие. Все будет хорошо
Шли дни, и жизнь семьи постепенно входила в привычное русло. Сергей устроился на подработку, задерживаясь допоздна в офисе. Татьяна взяла на себя дополнительные смены в магазине. Деньги снова начали понемногу откладываться, но до прежней суммы было еще очень далеко.
Однажды вечером, когда дети уже спали, а Сергей в очередной раз задержался на работе, в дверь позвонили. На пороге стояла Нина Петровна с огромным тортом в руках.
— Танечка, золотце, впустишь? — защебетала она. — Я вот тортик принесла, чайку попьем.
Татьяна молча отступила, пропуская свекровь в квартиру. Внутри все клокотало, но она сдержалась — все-таки мать мужа, как-никак.
— Ой, а что это у вас обои такие старенькие? — всплеснула руками Нина Петровна, оглядывая прихожую. — И линолеум потертый. Ты разве после своей бабушки ремонт не делала? Надо, бы
— Нам бы квартиру купить, чтобы у детей хотя бы было по комнате — сухо ответила Татьяна. — Но кое-кто все деньги на ремонт спустил.
— Ой, да ладно тебе, — отмахнулась свекровь. — Подумаешь, деньги. Сережа еще заработает. Он у меня мальчик способный.
Татьяна сжала кулаки, чтобы не сорваться.
— Нина Петровна, — как можно спокойнее сказала она. — Вы зачем пришли?
— Ах да! — спохватилась свекровь. — Я тут подумала… Может, вы ко мне переедете? Квартира большая, места всем хватит. А свою сдадите — вот вам и доход будет.
Татьяна не поверила своим ушам.
— То есть, вы забрали наши деньги на ремонт, а теперь хотите, чтобы мы к вам переехали?
— Ну а что такого? — удивилась Нина Петровна. — Я же мать Сережи, мне не жалко. Будем одной семьей жить.
— Знаете что, — Татьяна едва сдерживалась, чтобы не закричать. — Забирайте свой торт и уходите. Немедленно.
— Фу, какая ты неблагодарная, — фыркнула свекровь. — Я к вам со всей душой, а ты…
Татьяна молча открыла дверь, выразительно глядя на Нину Петровну. Та поджала губы, развернулась и вышла, громко хлопнув дверью.
Вернувшийся поздно вечером Сергей застал жену сидящей на кухне с бокалом вина.
— Что случилось? — встревожился он.
Татьяна рассказала о визите свекрови. С каждым ее словом лицо Сергея становилось все мрачнее.
— Я поговорю с ней, — наконец сказал он. — Это уже переходит все границы.
— Нет, Сережа, — покачала головой Татьяна. — С ней будем говорить мы. Вместе. Как семья.
На следующий день они отправились к Нине Петровне. Та встретила их с распростертыми объятиями, но быстро поняла, что разговор будет непростым.
— Мама, — начал Сергей. — Мы пришли сказать, что твое предложение переехать к тебе мы не принимаем. И впредь прошу не вмешиваться в нашу семейную жизнь.
— Как это не вмешиваться? — возмутилась Нина Петровна. — Я же мать!
— Вы — мать Сергея, — твердо сказала Татьяна. — А я — его жена. И наши дети — это наша семья. Вы можете приходить в гости, но решения за нас принимать не нужно.
— И еще, мам, — добавил Сергей. — Я больше не смогу давать тебе деньги. У нас свои планы, свои цели. Прости, но ты должна это понять.
Нина Петровна обиженно засопела, но спорить не стала. Видимо, поняла, что на этот раз сын настроен серьезно.
Когда они вышли от свекрови, Татьяна почувствовала, как огромный груз свалился с ее плеч. Она взяла мужа за руку и тихо сказала:
— Спасибо.
Сергей крепко сжал ее ладонь:
— Это тебе спасибо. За то, что не бросила меня, дурака. За то, что дала шанс все исправить.
Вечером, укладывая детей спать, Татьяна смотрела на их безмятежные лица и думала о том, что, может быть, и хорошо, что все так получилось. Ведь теперь они с Сергеем стали сильнее. Научились отстаивать границы своей семьи. Поняли, что по-настоящему важно.
— Мам, а у меня когда-нибудь будем своя комната? — сонно спросил Петя.
— Обязательно будем, сынок, — улыбнулась Татьяна. — Вот увидишь, однажды у нас будет большая квартира.
— И у меня? — подхватила Маша.
— И у тебя, — кивнула Татьяна.
Она поцеловала детей и вышла из комнаты. В коридоре ее ждал Сергей.
— Я все слышал, — тихо сказал он. — И знаешь что? Мы обязательно купим новую квартиру. Чего бы нам это ни стоило.
Татьяна прижалась к мужу, чувствуя, как глаза наполняются слезами — но на этот раз не от горечи, а от счастья. Потому что теперь она точно знала — вместе они со всем справятся.