«Слушай, а давай попробуем гостевой брак?»: Я предложила мужу жить отдельно и начался этот 3-месячный эксперимент
Живём отдельно, но встречаемся не реже трёх раз в неделю.
— Слушай, а давай попробуем гостевой брак?
Олег замер с чашкой кофе на полпути ко рту и уставился на Софью.
— Что-что?
— Ну, гостевой брак, — повторила она, отламывая кусочек круассана. — Когда мы живём отдельно, но остаёмся парой.
— Сонь, ты это серьёзно?
— А почему нет? — она пожала плечами. — Мы с тобой всё равно каждый день ругаемся из-за твоих носков на батарее и моих кремов в ванной.
Олег поставил чашку на стол и откинулся на спинку стула. Они сидели в их любимой кофейне — той самой, где познакомились три года назад. Тогда он пролил на неё латте, она назвала его растяпой, а через месяц они уже съехались в его двушку на окраине.
— Я не понимаю, — медленно произнёс он. — Ты хочешь расстаться?
— Нет! — Софья махнула рукой. — Я хочу, чтобы мы перестали доводить друг друга до белого каления из-за ерунды.
Началось всё полгода назад, когда Софья впервые заикнулась о том, что им тесно вдвоём в квартире. Олег тогда только рассмеялся — мол, у людей и в однушках втроём живут, а мы тут в двушке места не находим.
Но проблема была не в метрах. Софья привыкла засыпать в тишине, а Олег обожал смотреть сериалы допоздна. Она любила готовить эксперименты на кухне, а он предпочитал простую еду и вечно ворчал по поводу её «гастрономических изысков». Олег мог неделю не протирать пыль, Софья начинала нервничать уже на второй день.
— Мы просто очень разные, — тихо сказала она тогда, глядя в окно на дождливую улицу.
— Разве это плохо?
— Не знаю. Может, и нет. Но я устала.
В тот вечер после кофейни они молчали весь путь до дома. Олег вёл машину, глядя на дорогу, Софья смотрела в боковое окно. Каждый думал своё.
Дома она первая нарушила молчание:
— Ты злишься?
— Нет, — он снял куртку и повесил на вешалку. — Просто пытаюсь понять, что происходит.
Софья прошла на кухню, налила воды в чайник.
— Олег, я люблю тебя. Правда. Но я не могу больше так. Каждое утро мы встаём с разных ног, каждый вечер находим повод поругаться. Из-за того, что ты забыл купить молоко. Из-за того, что я снова оставила дверь в ванную открытой. Из-за чужих носков, тарелок, графика сна.
— И ты думаешь, что если мы будем жить отдельно, всё наладится?
— Я думаю, у нас появится шанс не убить друг друга из-за бытовых мелочей.
Олег тогда ушёл к своему другу Артёму — нужно было выговориться кому-то постороннему.
— Гостевой брак? — протянул Артём, открывая банку пива. — Чувак, это как машину купить, но держать её в чужом гараже.
— Вот и я не понимаю.
— Она хочет свободы?
— Не знаю, — честно признался Олег. — Она говорит, что устала от быта.
Артём задумчиво потёр подбородок.
— Слушай, а может, она права? Вспомни, когда вы последний раз нормально проводили время вместе? Не потому что живёте под одной крышей, а потому что захотели?
Олег открыл рот, чтобы ответить, но осёкся. Действительно, когда? Месяц назад? Два? Они существовали рядом, но не вместе. Завтрак на бегу, вечер перед телевизором, выходные с родственниками — его или её, по очереди.
На следующий день Софья приехала к своей подруге Тамаре — единственному человеку, с кем она могла говорить обо всём честно.
— Ты предложила ему разъехаться? — Тамара едва не подавилась печеньем.
— Не разъехаться. Попробовать гостевой формат.
— Софа, я не понимаю разницы.
— Разница в том, что мы остаёмся парой. Просто без ежедневного раздражения друг от друга.
Тамара покачала головой.
— Звучит как отговорка. Либо вы вместе, либо нет. Какие-то полумеры — это путь в никуда.
— Может быть, — Софья обхватила руками кружку с чаем. — Но я хочу попробовать. Потому что альтернатива — расстаться. А я не хочу терять Олега.
Прошла неделя. Они почти не разговаривали — каждый обдумывал ситуацию.
В субботу утром Олег проснулся от запаха блинов. Софья стояла у плиты, в его старой футболке и пижамных штанах. Волосы собраны в небрежный хвост, на носу — мука.
— Доброе утро, — тихо сказала она.
— Привет, — он подошёл, обнял её сзади. — Прости, что молчал все эти дни.
— Я тоже виновата.
Они позавтракали молча. Потом Олег откашлялся:
— Я думал о твоём предложении.
Софья напряглась.
— И?
— Давай попробуем. Но с условиями.
— Какими?
— Мы снимаем тебе квартиру. Небольшую, студию. Живём отдельно, но встречаемся не реже трёх раз в неделю. По-настоящему встречаемся — ходим куда-то, разговариваем, проводим время вместе. А не просто валяемся на диване.
Софья моргнула.
— Ты серьёзно?
— А то. Только давай договоримся: это эксперимент на три месяца. Если через три месяца ничего не изменится, значит, дело не в быте.
Через две недели Софья переехала в крошечную студию в соседнем районе. Олег помог с переездом — таскал коробки, собирал мебель, ворчал на инструкцию от Икеа.
— Ты уверена, что тебе тут хватит места? — спросил он, оглядывая квартирку.
— Для одного — более чем.
Первую неделю Софья чувствовала себя странно. С одной стороны — свобода. Никто не говорит, что пора выключать свет и идти спать. Никто не оставляет грязные тарелки в мойке. С другой стороны — пусто. Непривычно тихо. Некому рассказать про дурацкий случай на работе.
Олег тоже скучал. Приходил домой, а квартира встречала гробовым молчанием. Никаких запахов готовки, никакого мурлыканья под душем, никаких громких разговоров по телефону с Тамарой.
Первое свидание назначили на пятницу. Олег пришёл за Софьей к семи вечера — с букетом полевых ромашек, её любимых.
— Ты как будто приехал забирать меня на первое свидание, — рассмеялась она.
— А разве нет?
Они пошли в тот самый кинотеатр, куда ходили в самом начале отношений. Смотрели комедию, держались за руки, смеялись вместе. После — ужин в маленьком итальянском ресторанчике.
— Знаешь, — сказала Софья, накручивая спагетти на вилку, — я даже не помню, когда мы последний раз вот так сидели. И просто разговаривали.
— Я тоже, — признался Олег. — Мы стали принимать друг друга как должное.
— Это страшно.
— Да. Очень.
Прошёл месяц. Они встречались три-четыре раза в неделю. Гуляли по парку, ходили в музеи, ездили за город на велосипедах. Иногда Софья оставалась у Олега на ночь, иногда — он у неё.
Однажды ночью она лежала в своей студии и думала: а зачем они вообще затеяли всё это? Разъехались, чтобы встречаться как влюблённые подростки?
Телефон завибрировал. Сообщение от Олега: «Не спишь? Скучаю».
«Я тоже», — ответила она.
«Приезжай».
«Сейчас? Два часа ночи».
«Именно поэтому. Хочу проснуться рядом с тобой».
Через три месяца они встретились в той же кофейне.
— Ну что? — спросил Олег, размешивая сахар в эспрессо. — Твой эксперимент себя оправдал?
Софья посмотрела на него — родного, близкого, немного уставшего.
— Знаешь, я поняла одну вещь.
— Какую?
— Дело было не в быте. Дело было в том, что мы забыли друг о друге. Мы жили вместе, но не замечали друг друга. Превратились в соседей по квартире.
Олег кивнул.
— И что теперь?
— Теперь… — она взяла его руку, — я хочу вернуться домой. Но с одним условием.
— Каким?
— Давай договоримся: раз в неделю — обязательное свидание. Куда угодно, хоть на балкон с бокалом вина. Но чтобы только мы вдвоём. Без телефонов, без телевизора. Только мы.
Олег улыбнулся — впервые за долгое время так искренне.
— По рукам.
Софья вернулась к Олегу через неделю. Они снова ругались из-за носков на батарее и оставленных тарелок. Но теперь это было не так важно. Потому что они помнили главное: они выбрали быть вместе. Не по привычке, не от безысходности. А потому что им хорошо друг с другом.
И каждую пятницу они закрывались в своей двушке, выключали телефоны и просто разговаривали. Про всё и ни о чём. Как в самом начале.
Иногда нужно разъехаться, чтобы понять: дело не в пространстве. Дело в том, как ты это пространство наполняешь.