«Кать, а ты зачем ему писала в 12 ночи?»: История про мужчин и цветочные страсти
Я просто хочу нормальных отношений. Чтобы внимание, забота, сюрпризы…
Звонок раздался в субботу утром:
– Лен, ну ты представляешь? – голос подруги Кати звенел так, что, казалось, вот-вот разорвет трубку, – я ему вчера три сообщения написала! Три! Он на два ответил «ок», а третье вообще проигнорировал. Я полчаса сидела, ждала. А он просто уснул! Уснул, представляешь?!
Лена с наслаждением откусила бутерброд, сделала глоток кофе и только потом ответила:
– Кать, а ты зачем ему писала в двенадцать ночи? Спать не пробовала?
– Что значит «зачем?» Я хотела узнать, как у него дела! Проявить заботу, так сказать! – в голосе подруги звучала обида.
– А он вот прямо не мог без твоей заботы в двенадцать ночи? Просил о ней!
– Он должен был знать, что я о нем думаю! Радоваться должен!
– Ага. Должен, – согласилась Лена. – Только он видимо забыл об этом и уснул раньше, чем вспомнил.
В трубке повисла пауза. Катя явно готовила новый аргумент.
– Лен, я не понимаю. Ты за меня или как?
– Я за тебя, конечно, – Лена отставила чашку. – Поэтому скажу честно: ты снова лезешь на те же грабли и начинаешь работать «службой спасения».
– Кем?
– Службой спасения. Выбираешь мужчину, у которого, по твоему мнению, что-то внутри сломалось, и пытаешься его отремонтировать, чтобы в итоге – спасти.
Терпишь его косяки, тянешь к свету, объясняешь, что надо отвечать на сообщения и радовать мелочами. А он – не ремонтируется. Потому что – не желает!
Катя обиженно молчала. Потом выдавила:
– Я просто хочу нормальных отношений. Чтобы внимание, забота, сюрпризы…
– А он хочет?
– Ну как… наверное…
– Кать, – Лена вздохнула. – Если человек голоден, его не надо уговаривать поесть. Он сам откроет холодильник. Если мужчина хочет тебя радовать – он будет радовать. Не потому, что ты попросила. А потому что ему самому в кайф видеть твою улыбку.
– А если он просто не умеет? – жалобно спросила Катя.
– А ты кто – инструктор по счастью?
Катя замолчала. Лена слышала, как она сопит в трубку и, кажется, даже шмыгает носом.
– Слушай, – Лена немного смягчилась, – помнишь моего Сережу?
– Конечно! – с восхищением воскликнула Катя, – идеальный мужик!
– Так вот ‒ я его не чинила. Я его вообще не трогала. Приняла со всем набором достоинств и странностей. Он, например, до сих пор не умеет выбирать цветы. Каждый раз дарит розы, хотя я люблю ромашки.
– И что?
– И ничего. Я покупаю ромашки сама. Ставлю в вазу и радуюсь. А розы… Я их тоже ставлю. Потому что мне их подарили, и потому что – от души.
Катя шмыгнула носом.
– А если он вообще ничего не дарит?
– Тогда он просто ничего не хочет дарить. Тебе попался не тот человек.
– Так обидно, – тихо сказала Катя. – Я же стараюсь. Статьи читаю, психологию изучаю, учусь понимать… А он не ценит.
– Кать, – Лена посмотрела в окно, где яркое мартовское солнце уже вовсю топило сосульки. – Представь, что ты купила кактус. Красивый, зеленый, колючий. Каждый день поливаешь его, удобряешь, разговариваешь с ним. А он не цветет. Это потому, что кактус вообще не обязан цвести. Это ты его поливаешь, можешь даже залить. Но он цвести не будет. Ему и так хорошо. Ему нравится просто стоять на подоконнике.
– И что делать?
– Перестать поливать. И найти фиалку. Или даже розу. Которая хочет цвести.
Катя вздохнула.
– А как понять: фиалка это или кактус?
– Очень просто. Если ты его три дня не поливаешь, а он стоит, как стоял – ну, значит, кактус. А если начинает скучать, писать, звонить, искать встречи – это, скорее всего фиалка. Или даже роза.
В трубке послышался смех – сквозь слезы, но настоящий.
– Ты сейчас про цветы или про мужчин?
– А какая разница?
Катя рассмеялась уже громче.
– Ладно, пошла я свой кактус переставлять. Подальше от солнца.
– Правильно, – похвалила Лена. – Пусть стоит где-нибудь в тени. А ты иди погуляй. Весна на улице.
Она положила трубку и посмотрела на свой букет. Розы, розы, сплошные розы. И ни одной ромашки…
Лена улыбнулась и полезла в шкаф за любимой кружкой.
Ромашки она купит сама. Завтра. А сегодня будет отдыхать и наслаждаться выходным днем.
И все потому, что ничего никому не должна доказывать.
***
Катя положила телефон. В комнате стало тихо. Так тихо, что слышно было, как за окном капает с крыши.
Она подошла к зеркалу. Уставшие глаза, растерянный взгляд. Она так старалась быть для Антона той самой…
А на деле превратилась в садовника, который поливает кактус…
«Перестать поливать», – стучало в голове.
Она открыла чат с Антоном. Его последнее сообщение: «ок». Вчера, в 00:17.
Пальцы замерли над экраном. Набрала: «Антон, нам надо расстаться».
Удалила.
Посмотрела на аватарку. Обычное фото: Он ‒ на фоне машины. Раньше от этого фото у нее внутри теплело. Сейчас – ничего. Пустота.
И она нажала кнопку: «Заблокировать».
Телефон пискнул и погас. Готово.
Сердце колотилось, но внутри уже не было привычной пустоты. Внутри поднималось что-то новое – странное, пугающее и одновременно пьянящее. Чувство свободы.
Она накинула пальто и вышла на улицу.
Солнце слепило, с крыш капало, пахло мокрым асфальтом и чем-то очень свежим. Она не знала, куда идет. Просто шла вперед по мокрому тротуару, мимо луж, в которых отражалось голубое небо.
У метро стоял цветочный киоск. Катя остановилась. Долго смотрела на стеллажи с розами, хризантемами, гвоздиками. А потом увидела их. Ромашки.
Почему Ленка их так любит?
– Дайте мне, пожалуйста, эти, – сказала она продавщице.
Та улыбнулась и протянула букет.
Катя вышла на улицу, держа в руках охапку самых простых цветов, и ей вдруг стало так хорошо…
Девушка не шла по улице, она летела!
Какой там кактус! Зачем? Она несла букет самой себе.
И как же это было здорово!