Свекровь притворилась больной, чтобы разрушить любовь сына… Но судьба вернула всё бумерангом
«Ты себе жизнь сгубишь!» – кричала Галя.
Соседкам по комнате в общежитии Галя врала, что её отец – физик из Академгородка, а мама – балерина. Галя была достаточно умна, чтобы не говорить, что отец – академик, а мать – прима: это легко можно было проверить. А так она из дочери тракториста и почтальонши превратилась в интеллигентку – никто не будет проверять, как там на самом деле. А то, что место рождения – глухое село, так это случайность: мама к родственникам в отпуск поехала и там родила.
Галю, конечно, выдавала речь, но ещё учительница в школе говорила им: «Молчите, так за умного сойдёте». И Галя молчала. Мотала на ус, тренировалась потом у зеркала, учила нужные фразы и слова.
Когда пришло время разбирать женихов, Галя охотилась не за богатыми и красивыми, а за робкими интеллигентами, которых и заполучить было проще, и легенду свою закрепить получится. Так она вышла замуж за Эдика – однокурсника с прыщавым лицом и сутулой спиной. Его мать, пригласив Галю на смотрины, сказала в конце:
– Ты нам подходишь.
Эта фраза так понравилась Гале, что она запомнила её, чтобы однажды тоже сказать, когда сын приведёт подружку.
Первую претендентку Галя сразу не одобрила. Гоше тогда было всего двадцать, и он привёл эту Машу. Румяную, с огромными глазищами, болтливую, как сорока.
– И кем вы у нас работаете? – поинтересовалась Галя.
– Флористом, букетики собираю, – застрекотала девчонка. – Мы же так и познакомились – он букетик для вас покупал. Понравился?
Букет был аляповатый, никакой элегантности. Как и сама девица – Галя сказала Гоше, что с такой не стоит встречаться.
– Она нам не подходит.
Сын не стал спорить, он был послушным мальчиком, очень похожим на своего отца: с прыщавым лицом и близорукостью.
Но вот со второй пассией Гале пришлось побороться. Это случилось через два года, и тут сын стоял на своём, даже из дома ушёл.
Девушку звали Анжела. Ну, как девушку – разведёнку с прицепом. Старше года на четыре, чернявая, как цыганка, в роду одни моряки да прачки, сама медсестра.
– Ты себе жизнь сгубишь! – кричала Галя.
– И пусть! – упрямо твердил Гоша. – Я люблю её, понимаешь, люблю!
Даже вмешательство Эдика не помогло – он лишил сына довольствия, а Гоша в ответ вообще перестал к ним приезжать. Уж как Галя переживала – ходила к экстрасенсу, карты раскладывала и пила валерьянку, полируя поверх кофе с коньяком. В итоге ей кто-то подсказал, и она притворилась больной. Сын не выдержал и прибежал мириться. Девица его разобиделась и разорвала с ним.
– Туда ей и дорога, – сказала Галя.
Потом были ещё какие-то девицы, и ни одной толковой – как коснёшься биографии или профессии, ужас сплошной! Конечно, Галя и сама знакомила его с девушками, но что-то у Гоши с ними не клеилось: он робкий был, весь в отца.
Когда Галя по-настоящему загремела в больницу, случилось страшное: Гоша умудрился сделать ребёнка очередной девице. И где его робость в это время была? Звали девицу Аня, и таких Галя ещё не видела. Нет, семья у неё была что надо, и профессия соответствующая – девушка была художница. Одевалась стильно и дорого, курила тонкие сигаретки и смачно материлась. Как позже оказалось, были у неё и более опасные зависимости – это даже Галя проглядела: родив больного и недоношенного ребёнка, девица смылась, оставив Гоше и его родителям разбираться с последствиями.
Впрочем, Гоша разбираться не стал.
– Почему он всё время орёт?
– Он ребёнок, Георгий. Поэтому и орёт. Думать надо было раньше.
– Но я не высыпаюсь и совсем не могу работать!
– Это не мои проблемы. Что ты предлагаешь?
Гоша замялся.
– Может, это… Сдадим его в интернат какой-нибудь? Всё равно он больной.
Галя поразилась: и как она воспитала такого чёрствого сына? Пришлось брать внука на себя: выхаживать, лечить, спасать… Гоша съехал – мешал ему постоянный ор. Галя обиделась, Эдик снова лишил сына довольствия. Внук Степан подрастал и понемногу выправлялся. Как-то Галя гуляла с ним, и симпатичная женщина в элегантном пальто подошла и сказала:
– Какой прелестный пупсик, Галина Антоновна!
Только тут Галя распознала в девушке флористку Машу.
– Это чей, Гошин?
– Его, – вздохнула Галя.
– У меня самой двое таких! – рассмеялась Маша.
– Замуж вышла? Поздравляю. Вижу, муж тебя хорошо обеспечивает.
– Ой, да что вы, он такой же, как ваш Гошка, только видимость работы может создавать! Это я свой магазин цветов открыла.
Маша достала из сумочки от Fendi (неужели оригинальной?) визитку и протянула её Гале.
– Вот, скидку сделаю, если что.
Видимо, судьба смеялась над Галей, потому что через неделю она встретила ещё один призрак из прошлого – Анжелу. На этот раз в частной клинике, куда пришла со Степаном. Тот зашёлся плачем и никак не успокаивался, а Галя еле держала его, взмокнув после прогулки по скользкой дороге.
– Давайте я помогу, – услышала она голос.
Повернулась – Анжела.
– Ой, Галина Антоновна! Здравствуйте! Это Гошин? Какой хорошенький! Давайте я возьму его, пока вы разденетесь.
Анжела провела их к врачу без очереди, потом помогла с анализами и УЗИ. Улыбалась, совсем не показывала обиды за прошлое. И Галя сказала:
– Ты прости меня. Зря я тогда вас с Гошей разлучила.
– Ой, да будет вам! – махнула Анжела. – Кто старое помянет…
– Ты замуж-то вышла?
– Нет… Как-то всё не получается.
Анжела опустила глаза, а Галя подумала: «Неужели после стольких лет всё ещё по Гоше страдает? Ну дела…»
– А Гошка-то развёлся, – вздохнула Галя. – Ребёнка на меня повесил, а я сама с трудом справляюсь. Уколы эти, гимнастика…
– Хотите, я вам помогу медсестру найти? На дом будет приходить.
И тут на Галю снизошло прозрение.
– Только если ты, больше я внука никому не доверю.
И Анжела согласилась.
Заманить Гошу домой было легче лёгкого – Галя сказала, что отец смягчился и разрешил денег ему дать. Ну а там уже дело техники: оставить наедине, похвалить разок-другой, а потом сказать:
– Знаешь, Гоша, а она нам подходит.
Внука, правда, Галя им не отдала – не смогла, сильно к нему привязалась. Они потом ещё внуков Гале родили, но до конца дней она больше всех любила своего косого и хромого Степана…