«Ты не заболела? Такая бледная», — испугался Павел.
Соня с Павлом сидели на диване, привалившись друг к другу. Не надо больше прислушиваться, вздрагивать от каждого звука, вскакивать и бежать в другую комнату, услышав слабый голос.
— Сонь, скажи, если бы ты знала, что всё будет вот так, что придётся ухаживать за моими родителями, ты бы вышла за меня? – спросил Павел.
— Хорошо, что нам не дано знать, что нас ждёт, — ответила Соня. — Это сказала твоя мама. Да, я бы всё равно вышла за тебя. Мне с тобой повезло. Мужчины бегут от таких проблем. Если бы ты сбежал, вот тогда я пожалела бы. Но я всегда знала, что ты особенный.
— Спасибо. – Павел нашёл её руку и сжал. — Пойдём спать, завтра будет трудный день.
— Да, надеюсь, что последний…
Соня сидела на скамейке перед главным зданием университета и листала тетрадку с лекциями. Преподавателя куда-то вызвали, и у их группы образовалась свободная пара. Несколько человек пошли в кино, благо кинотеатр находится через остановку от университета, остальные ушли в столовую, а Соня пошла в сквер.
Кто-то подошёл и сел рядом. Соня почувствовала приятный запах мужской туалетной воды.
— Лекции по филологии читаем? – заглянул парень в её тетрадь.
Соня отодвинулась, не отрывая глаз от записей.
— «Ей рано нравились романы; они ей заменяли всё; она влюблялася в обманы и Ричардсона, и Руссо», — продекламировал парень.
Соня, наконец, оторвалась от тетрадки и с любопытством посмотрела на него.
— Вы любите Пушкина? – спросила она.
— Кто ж его не любит, — усмехнулся парень.
— Но не все наизусть знают «Евгения Онегина», – возразила Соня.
— А пойдём на набережную. У воды прохладнее, — предложил он.
— У меня через час лекция… — вздохнула Соня. Но, заметив разочарование в его взгляде, она вдруг передумала. — Пойдём.
Не каждый день встретишь парня, который с лёту цитирует «Евгения Онегина» Пушкина. Она убрала тетрадку в сумку и поднялась со скамейки.
— Павел, — представился парень и забрал у неё сумку.
— Соня.
Какое-то время они шли молча.
— А ты чего молчишь? – поинтересовалась Соня.
— Хотел поразить тебя какой-нибудь цитатой с твоим именем, но ничего не приходит на ум, — признался Павел, а Соня рассмеялась.
И неловкость сразу пропала. Когда переходили через дорогу, он взял её за руку и больше не отпускал. Они болтали, съели по мороженому, сидя на лавочке на набережной и глядя на воду.
Павел Соне сразу понравился. Симпатичный, физически хорошо развитый, с умными серыми глазами. Бывает, человек улыбается, а глаза остаются ледяными. А Павел улыбался глазами. Про лекцию она, конечно, забыла. Спохватилась, когда та уже закончилась.
— Торопишься? – спросил Павел.
— Нет, просто нужно готовиться к семинару… — Соне тоже не хотелось расставаться.
— Завтра увидимся? Продиктуй номер телефона, я позвоню.
— Лучше запиши, забудешь, — засомневалась Соня.
— Не забуду, у меня хорошая память, — хвастливо заявил парень.
Он позвонил поздно вечером.
— Это я. Видишь, не забыл. Звоню пожелать тебе спокойной ночи. Я думаю о тебе.
Не успела Соня ответить, как в трубке раздались короткие гудки. Никогда никто не звонил ей, чтобы пожелать спокойной ночи.
Соня сохранила его номер в телефоне и отправила ответное сообщение. Заснуть она долго не могла, всё думала о Павле. Он казался ей необыкновенным не только из-за Пушкина, но из-за того, что он вообще обратил на неё внимание.
Соня не считала себя красавицей. От природы она была стеснительной. Всегда завидовала подругам, которые могли запросто знакомиться с парнями. А как он взял у неё сумку? Как- будто так и надо. Казалось, она до сих пор чувствует тепло его ладони.
Отец Павла преподавал в политехническом институте, был кандидатом каких-то там наук. Мама работала администратором в салоне красоты, была знакома со многими жёнами влиятельных людей города.
А кто такая Соня? Отец работает на стройке, не запойный, но довольно часто пьёт, а выпив, начинает учить всех жизни, будто только ему открыты все тайны о ней. Мама работает кассиром в универмаге. Они с Павлом с разных планет. Разве могут они быть вместе?
Но Павел звонил, приглашал в кино, и вскоре Соня уже не могла представить своей жизни без него. Когда наступила сессия, и они стали реже видеться, она сходила с ума от разлуки.
Когда Соня привела Павла к себе домой, отец выставил на стол бутылку «для знакомства». Девушка готова была провалиться сквозь землю от стыда. Но мама тут же её убрала, сказав, что с чаем водку не пьют.
А вот с родителями Павла она очень боялась знакомиться. И не зря. Квартира поразила Соню большими размерами и дорогой мебелью. Мама Павла оказалась красивой и статной женщиной, а отец намного старше её. Он всё время молчал. Мама, улыбалась, угощала домашним печеньем, но Соня видела, что не понравилась ей, о чём потом и сказала Павлу.
— Ну и что? Всем мамам сыновей не нравятся их девушки.
Получив диплом, он устроился на работу в крупную компанию, мама постаралась. Когда Соня училась на последнем курсе, Павел сделал ей предложение.
— Твои родители никогда не согласятся на нашу свадьбу. Да и где мы будем жить? – загрустила Соня.
— Не переживай. Я с третьего курса научился зарабатывать. Деньги не проблема, снимем квартиру. И потом, я единственный сын, родители меня любят, поэтому согласятся.
— Надеюсь, — вздохнула Соня, сильно в этом сомневаясь.
Только много позже она узнала от свекрови, что та приложила много усилий, пытаясь расстроить их свадьбу. Но Павел не отказался от Сони.
А она летала на крыльях любви, выбирала с подругами белое платье, завидуя сама себе.
— Мам, может, папе не ходить на свадьбу? Он напьётся, начнёт всех учить, я со стыда сгорю перед родителями Павла, — поделилась Соня своими страхами с мамой накануне свадьбы.
— Отец обидится, будет ещё хуже. Я пригляжу за ним, не дам пить, — пообещала мама.
На свадьбе отец, конечно, напился, но мама его вовремя увела домой.
Через неделю после свадьбы свекровь нагрянула к молодым с инспекцией. Она была всем недовольна. Не увидев в холодильнике кастрюлю с супом, отчитала Соню. У отца Павла были проблемы с желудком, и мать была повёрнута на правильном питании.
— Мам, ты сразу научилась хорошо готовить? Вот и Соня научится. Лучше бы поделилась с ней своими кулинарными секретами, чем критиковать, — заступился за жену Павел. И Соня благодарно сжала его руку.
Отец выдержал с женой битву и дал Павлу денег на первый взнос на ипотеку.
— Дальше сами, — сказал он.
Своя квартира! Соня и мечтать не могла об этом. Впереди их ждёт долгая и счастливая жизнь. Как же иначе?
Лишь Сонин отец недовольно заявил, что больно им всё легко достаётся, а это неправильно.
— Я всего в жизни добился сам, вот этими руками. – Он показал Павлу свои мозолистые ладони.
— Что ты за человек? Нет бы порадоваться. Дети должны жить лучше нас, — осадила его мама.
В общем, всё у них с Павлом было хорошо, лучше и пожелать трудно.
Когда Соня носила их первого ребёнка, у отца Павла случился инфаркт. После больницы он ещё больше постарел, похудел, ушёл из института. Мать ухаживала за ним, как за маленьким ребёнком, кормила бульонами чуть не с ложечки.
Когда Соня родила дочку, отец ожил. На его руках девочка сразу засыпала, а дома её приходилось укачивать часами. Из него получилась хорошая нянька.
Лиза росла, радуя родителей и дедушек с бабушками. Мать Павла смирилась, наконец, с Соней. По её протекции Соню взяли работать в журнал. Жизнь текла своим чередом.
Но в один день спокойная жизнь закончилась – у матери Павла нашли онкологию. Она давно знала об этом, скрывала, не говорила никому, отказалась от операции, боялась оставить своего Доню без присмотра. Так она ласково называла мужа, Дениса Иннокентьевича. Когда ей стало плохо, пришлось вызывать «скорую», тут всё и открылось. Но операцию было уже поздно делать, ограничились химиотерапией.
От неё Надежде Константиновне становилось только хуже, она таяла на глазах. Отец не справлялся, он никогда не занимался домашними делами, и Павел почти каждый день ездил к родителям, помогал. Соня видела мужа только поздно вечером и раним утром перед работой.
— Паш, так нельзя, ты скоро сам себя загонишь от такого ритма. От меня будет больше помощи, я и уберусь в квартире, и еду приготовлю. Давай по очереди ездить к твои родителям, — предложила Соня.
— Нет. Занимайся дочкой. Это мои родители, ты не должна…
— Лиза уже большая, мои родители приглядят за ней. Мы же семья. Я не хочу, чтобы слёг ещё и ты.
— А ты справишься? – засомневался Павел.
Соня понимала, что муж имел в виду. С его матерью у неё были натянутые отношения. С Соней она смирилась, но до сих пор считала, что она не достойна её сына.
— Справлюсь. Надежда Константиновна не в том состоянии, чтобы отказываться от моей помощи. Ты возьмёшь на себя покупку продуктов, лекарства и поездки в больницу, а я уборку и готовку. Так всем будет легче, — настаивала Соня.
Теперь они по очереди ездили к родителям Павла. Надежда Константиновна пофыркала для порядка, но куда деваться? Сама она даже принять душ без посторонней помощи не могла. А Денис Иннокентьевич нахваливал Сонины бульоны, говорил, что у Наденьки они никогда не получались такими наваристыми.
Видя, как быстро угасает жена, Доня тоже начал сдавать. Квартира стала похожа на больничную палату, на тумбочках у каждой кровати лежали горы лекарств. Соня научилась делать уколы. В конце концов она предложила Павлу переехать жить к его родителям.
— Сегодня твой отец запнулся на ровном месте и упал. Просто чудо, что не сломал ничего. А твоя мать сидела с ним рядом на полу и плакала. Хорошо, я вовремя приехала.
— Может, лучше сиделку нанять? – предложил Павел.
— Плохая идея. У нас ещё не закрыта ипотека, денег и так не хватает. Это твои родители, наши испытания. Твоя мама еле с моим присутствием смирилась, а уж чужой человек в квартире…
— Ты права. Хорошо, — согласился Павел.
В выходной они переехали, а Лизу забрали к себе Сонины родители. Не хватало ещё ребёнку смотреть на умирающих бабушку с дедушкой.
Соня сбивалась с ног, стараясь всячески облегчить страдания Надежды Константиновны. Она стала работать дома, чтобы приглядывать за родителями Павла.
— Бедный мой Доня, как он переживёт мой уход? Лучше бы первым ушёл, — сетовала свекровь.
А Доня тоже самое говорил о Наденьке. Они стали соревноваться, кто из них умрёт быстрее. Смотреть на это было невыносимо.
В один из вечеров Соня зашла к ним в комнату, чтобы убедиться, что всё в порядке, поменять памперс свекрови перед сном. Она хотела уже уйти, когда Надежда Константиновна остановила её.
— Постой. Доня спит?
Соня покосилась на соседнюю кровать и кивнула.
— Мне нужно тебе кое-что сказать. Сядь. – Говорила Надежда Константиновна тихо, быстро уставала и начинала задыхаться.
— Прости, что не сразу приняла тебя. За сына я теперь спокойна. Ему с тобой повезло. Я всегда мечтала о дочке, но так и не родила. А теперь у меня их две, ты и Лиза. Спасибо тебе за всё. – Обессилев от речи, она прикрыла глаза.
— И вы простите меня. – Соня наклонилась и поцеловала её впалую щёку.
— Мне кажется, она прощалась со мной, — сказала Соня мужу, едва сдерживая слёзы.
Ночью Надежда Константиновна тихо умерла во сне. Утром их разбудил крик Дениса Иннокентьевича. Павел с Соней вбежали в их комнату и всё поняли. Свёкор плакал. Его слёзы застревали в складках кожи на лице. А на следующий день умер и он от второго инфаркта…
***
Павел с Соней сидели на диване, уставшие, обессиленные, привалившись друг другу плечами. Завтра их ждало ещё одно испытание – двойные похороны.
— Вот и всё, — сказал Павел.
— Вот и всё, — эхом повторила Соня.
— Прости, что тебе больше всех досталось. Они мои родители, ты не обязана была ухаживать за ними. Скажи, если бы ты знала, что так будет, ты бы вышла за меня замуж? – спросил Павел.
— Да, — не раздумывая ответила Соня. — Твои, мои, какая разница, чьи родители? Испытания даются человеку, чтобы проверить его на прочность. Мы прошли с тобой эту проверку. Хотя, если честно, я боялась, что ты сдашься. Мужчины стараются убежать от проблем. Но я всегда знала, что ты необыкновенный. Я люблю тебя. Я бы тоже хотела умереть с тобой в один день. Давай после похорон вернёмся в нашу квартиру…
Отойдя от похорон, они втроём уехали на юг. Жизнь постепенно входила в прежнее русло.
Как-то Соня утром встала с постели, голова закружилась, и она чуть не упала.
— Ты не заболела? Такая бледная, — испугался Павел.
— Всё хорошо. Я беременная, — призналась Соня. – Помнишь, тогда, у моря…
Люди уходят, оставляя после себя тех, кто их помнит. Ничто не исчезает на земле бесследно. На смену ушедшей приходит новая жизнь.
Все трудности можно преодолеть, если рядом бьётся любящее тебя сердце.
«Однажды шторм закончится, и ты не вспомнишь, как его пережил. Ты даже не будешь уверен в том, закончился ли он на самом деле. Но одна вещь бесспорна: когда ты выйдешь из шторма, ты никогда снова не станешь тем человеком, который вошёл в него. Потому что в этом и был весь его смысл»
Харуки Мураками
«Любовь нуждается в испытаниях. Арматура отношений заливается бетоном сложностей… Кому-то достаётся больше испытаний, кому-то меньше. Конкретной «дозы» нет. Турецкая мудрость гласит: «Чем прочнее дерево любви, тем чаще оно подвергается порывам ураганов»
Эльчин Сафарли