Брат заболел, а родители не брали трубку. Она металась по квартире, не зная, что делать…
«Лиза, теперь ты будешь моей мамой?» — шёпотом спросил он у неё.
Семья Кошкиных была самой обычной семьёй, состоящей из папы, мамы и дочки. Родители работали, дочь училась в школе. В выходные они все могли сходить в парк, кино или просто погулять по городу, забежав в какое-нибудь кафе перекусить.
Когда Лизе исполнилось девять, родители решили, что ей нужен брат, и родили Ваню. И казалось бы, живи да радуйся, но жизнь и прогресс не стоят на месте: в интернете поднялась волна обучения «духовному развитию», где коучи-самоучки и другие «гуру» призывали к «самопознанию». Волна захлестнула и старших Кошкиных. Но на всё это нужно было время, а с двумя детьми его катастрофически не хватало.
— Стас, давай вызовем твою мать. Пусть она у нас поживёт. Скажем ей, что я не справлюсь, — предложила как-то Ольга мужу.
— Хм, — задумался тот, но идея ему понравилась.
Недавно Стас попал в заводскую команду по футболу, и матчи проходили довольно часто, к тому же бывали и выездные. Поэтому он периодически отсутствовал дома по несколько дней и чувствовал некую вину за это перед женой и детьми. А присутствие бабушки решило бы эту проблему.
Стасу пришлось уговаривать мать переехать к ним не потому, что она не хотела заниматься с внуками, просто в деревне у неё было своё хозяйство: огород, куры, коза.
После долгих препирательств Стас решился на отчаянный шаг.
— Хорошо, мама, мы наймём няню. Пусть чужая женщина занимается твоими внуками, — вздохнул он в трубку.
Это был удар ниже пояса. Дарья Сергеевна очень любила Лизу и Ваню и скрепя сердце согласилась, оставив хозяйство на соседку.
После её приезда родители совсем расслабились. Каждый занимался собой: Стас полностью ушёл в работу и спорт, Ольга после работы занялась «личностным ростом», посещая различные тренинги и энергетические практики, чтобы познать «лучшую версию себя».
В таком ритме жизни родителям стало не до детей. Всё, что они считали вкладом в их воспитание — это проверить дневник у Лизы, хваля её за хорошие оценки, и купить игрушки Ване. Одевали и обували детей с иголочки: «У Кошкиных всё должно быть лучшее!»
Дарья Сергеевна только вздыхала украдкой, когда на все попытки детей обратить на себя внимание родителей те отмахивались и неизменно отвечали, что очень заняты: «Бабушку попросите, она всё равно ничего не делает».
А бабушка только и делала, что занималась с внуками: отводила и забирала Ваню из садика, помогала Лизе с уроками, готовила, убирала, в общем, была бесплатной няней и домработницей.
Так прошло полгода. Лиза подтянула физику благодаря бабушке, ранее работавшей инженером на заводе. Это потом, выйдя на пенсию и похоронив мужа, Дарья Сергеевна обосновалась в деревне, заведя хозяйство.
На школьном собрании учительница очень хвалила Лизу:
— За последние полгода ваша дочь сильно подтянулась в учёбе. Стала усидчивей и внимательней на уроках. Сразу видно — девочкой занимаются…
— О, да, — Ольга перебила её, — я, знаете ли, следую принципу осознанного родительства, формирую у детей системное мышление. Муж даже смеётся, говорит, что я могла бы открыть курсы, обучать этому других мам.
Перебив учительницу, Ольга так и не дала ей договорить, что похвалить та хотела бабушку, которая заходила в школу несколько раз, пока Лиза болела, чтоб взять задания по новым темам. Но Ольга перехватила инициативу и присвоила все заслуги себе.
Дома она хвасталась подругам по телефону:
— Лизу хвалят в школе! Ваня тоже молодец. Память у него феноменальная! Выучил за один раз стихотворение в садик для утренника. Вот что значит, вкладывать в детей душу и своё время!
Дарья Сергеевна только диву давалась от такой наглой лжи. Но ссориться и спорить с невесткой она не хотела и продолжала заботиться о детях.
Лиза и Ваня очень привыкли к бабушке, и однажды, когда та укладывала Ваню, тот, засыпая, назвал её мамой. И надо же было Ольге проходить в это время мимо комнаты.
— Что вы себе позволяете, Дарья Сергеевна? — зашипела она, еле дождавшись, пока свекровь выйдет из детской спальни. — Вы хотите украсть у меня детей? С какой стати мой сын называет вас мамой? У него одна мать и это я!
— Не я краду твоих детей, ты сама бросила их, — спокойно ответила свекровь, — Ваня скучает по своим родителям, которых никогда нет рядом. Это ты должна укладывать его, успокаивать, когда ему страшно. И твоя обязанность — помогать дочери с уроками, а не присваивать чужие заслуги себе, хвастаясь перед подругами, какие у тебя замечательные дети и какая ты молодец!
В коридор вышел Стас, удивлённый перепалкой.
— Что тут у вас за митинг?
— Представляешь, твоя мать решила, что мой сын может называть её мамой! — бросилась к мужу, ища у него поддержки Ольга.
— Какого чёрта, мама? — нахмурился Стас, глядя на Дарью Сергеевну.
— Я вовсе так не думаю, — опешила от такого заявления невестки та, — более того, я считаю, что это дико, когда при живой матери дети называют так кого-то другого! Вы совсем забросили Лизу и Ванечку. Они скоро забудут, как вы выглядите!
— Что ты несёшь? — вспылил Стас. — Мы всё для них делаем! Они ни в чём не нуждаются, всем обеспечены. У них самые лучшие вещи, последние модели гаджетов, дорогие игрушки.
— Господи, сынок, ты себя слышишь? Они нуждаются в матери и отце, а не в брендовых тряпках и побрякушках. Когда вы последний раз проводили время вместе? Они только и слышат от вас: «В другой раз!», «Мне некогда!», «Займитесь чем-нибудь сами!» Вы создали декорацию счастливой семьи. Но самое горькое, сын, что вы неблагодарны. Вам удобно, что я безропотно выполняю ваши родительские обязанности и требуете, чтобы я и дальше закрывала глаза на ваш эгоизм.
— Никто тебя не заставляет! — психанул Стас, задетый за живое. — Если тебе так плохо, можешь уезжать в свою деревню, не задерживаем!
— Ты прав, меня ничто здесь не держит, живите как хотите, — Дарья Сергеевна развернулась и ушла к себе.
Через пятнадцать минут она вышла из комнаты с чемоданом, зашла в детскую, поцеловала спящих внуков и ушла. Когда за ней захлопнулась дверь, Ольга и Стас растерянно переглянулись.
— Ничего, Лиза уже взрослая. Ей уже четырнадцать. Справится! — словно убеждая себя, произнесла Ольга. Стас согласился.
Проснувшись, дети очень расстроились, узнав, что бабушка уехала.
— Кто теперь будет водить меня в садик? — вздохнул Ваня, сидя на кухне за столом в ожидании завтрака.
— Лиза будет, — бросила через плечо Ольга, прихорашиваясь у зеркала. — Дочь, ты ведь отведёшь брата? Я опаздываю на тренинг. И покорми его чем-нибудь.
— Может, папа отведёт? — Лиза представила, как ей придётся делать крюк, чтобы потом добраться до школы. И она однозначно опоздает на первый урок, о чём и сказала матери.
— Ничего, один раз опоздаешь, не убьют же тебя за это, — отмахнулась та уже в дверях. — Тем более, папа уже ушёл. У него сегодня важная игра.
— Лиза, я есть хочу, — захныкал Ваня, когда дверь за матерью закрылась. — Почему бабуля ушла?
— Ваня, я не знаю, — честно ответила сестра. — Давай, ты не будешь капризничать, мне и так сегодня влетит в школе.
Ваня сперва надулся, но потом кивнул. Лиза нашла в холодильнике молоко, в шкафу — кукурузные хлопья. Больше ничего не было. Ваня, вздохнув, принялся есть. Обычно, бабушка готовила детям завтрак утром, вставая раньше всех.
Вечером Ольга позвонила дочери с просьбой забрать Ваню:
— У нас сегодня на работе фуршет — день рождения шефа. Я не могу уйти. Папа до вечера на игре, так что, забери брата и поешьте там что-нибудь.
С того дня так и повелось: Лиза отводила и забирала Ваню, кормила его по утрам кашей, готовила нехитрый ужин, учась по роликам в соцсетях, укладывала его по вечерам. Когда в холодильнике заканчивались продукты, родители просто оставляли ей деньги на кухонном столе.
— Ты уже взрослая, — говорил отец, собираясь на очередную игру или тренировку, — купи сама всё, что нужно.
Лиза понимала, что родители спихнули на неё свои обязанности, занимаясь лишь собой. Даже когда мать была дома, она пропадала в своей комнате за компьютером, просматривая ролики модных блогеров.
Так продолжалось несколько месяцев. Лиза стала отставать в учёбе, сделалась замкнутой и серьёзной не по годам. Она уже не спорила с родителями после того, как один раз хотела отпроситься с классом на какой-то праздничный вечер, получив при этом отказ:
— Какой вечер? А кто с братом будет сидеть? Ты же прекрасно понимаешь, что мы работаем! Делаем всё, чтобы вы ни в чём не нуждались!
Однажды Ваня заболел. Родителей, как всегда, не было. Лиза не могла дозвониться ни одному из них: телефон матери был отключён, а отец, видимо, оставил свой в раздевалке во время тренировки. Ваня лежал с температурой. Лиза никак не могла сбить её.
Она металась по квартире, не зная, что делать, и решилась позвонить в скорую. Когда приехала бригада, пожилой врач, посмотрев на часы, спросил у девочки про родителей.
— Они на работе, я не смогла до них дозвониться, — краснея от стыда за эту ложь, ответила она.
Доктор покачал головой и, сделав укол, уехал. Температура у мальчика вскоре спала.
— Лиза, теперь ты будешь моей мамой? — шёпотом спросил он у неё.
У Лизы всё оборвалось внутри. Она обняла брата и расплакалась.
Вернувшись за полночь, Ольга и Стас с удивлением обнаружили дочь, спящую в кресле возле кровати брата.
— Лиза, почему ты нам не позвонила? Почему не сказала, что Ваня заболел? — набросилась на дочь Ольга, разбудив её.
— Я звонила, — ответила та, пристально глядя матери в глаза, — но вы были заняты собой!
Она ушла к себе, уже зная, что будет делать, когда Ваня поправится.
Через неделю Ваня был на ногах. Одним утром, вместо того чтобы вести его в садик, Лиза повезла его на автовокзал.
— Мы куда? — удивился он.
— Узнаешь, — улыбнулась Лиза.
Через час автобус привёз их в деревню, где жила Дарья Сергеевна.
— Господи, Лизонька, Ванечка! — испуганно воскликнула бабушка, увидев на пороге внуков. — Что случилось?
— Бабушка, можно, мы будем жить у тебя? — Лиза не стала жаловаться, но мудрая женщина и так всё поняла.
— Родители вас потеряют, — сокрушённо вздохнула бабушка, видя, в каком состоянии внучка.
— Я оставила им записку, — Лиза вспомнила тот клочок бумаги, где написала, чтоб их с братом не искали, потому что они будут жить у бабушки.
Родители явились через неделю.
— Лиза, Ваня, ну хватит, поиграли в самостоятельность, поехали домой, — Стас и Ольга были уверены, что дети бросятся к ним, но те даже шагу не сделали.
— Мы дома. Вы можете увезти нас силой, но мы снова уйдём, — твёрдо сказала Лиза.
— Неблагодарные! — закричала Ольга, краснея и с ненавистью глядя на свекровь. — Мы обеспечили вас, у вас всё есть, что вам ещё надо?! Хотите копаться в земле и навозе?
— У нас есть всё, кроме родителей. И лучше в навозе, чем в равнодушии, — голос у Лизы дрожал.
Она чувствовала руку брата, который вцепился в неё, и не могла отдать его бесчувственным родителям, дети для которых стали лишь статусным довеском.
Им пришлось вернуться, но они выросли и ушли из родительского дома, как только представилась возможность. Единственным домом, куда они всегда спешили, был бабушкин домик в деревне.
Для Ольги и Стаса это так и осталось загадкой. Они по-прежнему с гордостью рассказывали о «своих» успешных детях, уверенные, что дорогие подарки и полные холодильники еды — это и есть родительская любовь, так и не поняв, что можно купить всё, кроме одного — места в сердцах своих детей.