«Если не удалишь, можешь считать, что родителей у тебя больше нет» — мама в пальто у порога бросила ультиматум, угрожая разорвать отношения из‑за её видео
Молчание — подлая измена собственной правде.
На другом конце провода повисла пауза.
— С чего ты это взяла? — наконец спросила мама.
— То есть всё-таки оформляете.
— Отец договорился с нотариусом на четверг.
— Оперативно.
— А чего тянуть? Ты уже показала, на чьей ты стороне.
— Ладно. Только тогда больше не пытайся делать вид, будто это не расплата за мои ролики. У меня есть ваша переписка, где чёрным по белому сказано, что квартира должна была остаться нам с Романом поровну.
После этих слов мама вдруг заговорила почти шёпотом:
— Только попробуй выложить ещё и наши сообщения в интернет.
И в этот момент до меня окончательно дошло: они всерьёз были уверены, что я могу их публично растоптать. Хотя за всё время я ни разу не произнесла ни одной фамилии и не назвала никого по имени.
Вечером ко мне приехал Роман.
— Мне эта квартира не нужна, — заявил он сразу, едва переступив порог.
— Тогда откажись.
— Тебе легко говорить.
— А в чём проблема?
— Родители решат, что я тоже против них.
Я посмотрела на брата и впервые увидела перед собой не того мальчишку, которого когда-то прикрывала от отцовских вспышек злости, а взрослого человека, отчаянно желающего остаться хорошим для всех сразу.
— Роман, я от тебя ничего не требую. Хочешь — бери квартиру.
— Да не хочу я!
— Тогда зачем пришёл?
Он прошёлся по кухне, будто искал подходящие слова.
— Хотел, чтобы ты знала: я их об этом не просил.
— Хорошо. Теперь знаю.
— И вообще, может, они остынут и потом всё переоформят обратно.
— А мои ролики ты им всё-таки показывал?
Он резко остановился.
— Нет.
Ответ прозвучал слишком быстро. Снова.
В четверг родители действительно сходили к нотариусу. Вечером мама прислала короткое сообщение: «Теперь всё сделано так, как наши дети заслужили».
Я ничего не написала в ответ.
Через некоторое время позвонил сам Роман.
— Не накручивай себя. Они сейчас просто на эмоциях.
— Ты был у нотариуса?
— Был.
— Что именно подписывал?
— Документы по квартире.
— Какие документы?
— Виктория, я не юрист, я в этих формулировках не разбираюсь.
— Квартира теперь оформлена на тебя?
Он шумно выдохнул, уже не скрывая раздражения.
— Да. Но между нами это ничего не меняет.
Вот тут мне стало почти смешно.
— Конечно. Просто вчера ты уверял, что она тебе не нужна.
— А что я должен был сделать? Красиво хлопнуть дверью и отказаться от недвижимости? Тогда они бы вообще продали её чужим людям.
— Роман, я не просила тебя отказываться.
— Вот именно! Так почему ты разговариваешь со мной так, будто я у тебя что-то отнял?
— Я всего лишь пытаюсь понять, зачем ты вчера приезжал и рассказывал, как тебе всё это неприятно.
Он помолчал несколько секунд.
— Потому что мне правда неприятно.
Удобная позиция, ничего не скажешь: квартиру принять, родителей не злить и при этом сохранить образ хорошего брата.
После этого мы почти две недели не общались. А потом мне написала двоюродная сестра Марина.
«Вик, только Роману не говори, что это от меня».
Следом она прислала скриншот.
Это оказалась переписка Марины с Романом, датированная ещё месяц назад. Я открыла изображение и начала читать.