Знакомьтесь: Николас Уинтон, человек, известный как “британский Шиндлер”
В 1988 году Грета Гелструп наводила порядок на своем чердаке в Мейденхеде, Англия, и наткнулась на старый альбом, принадлежавший ее мужу – Николасу Уинтону. Она никогда не видела его раньше и была удивлена и озадачена его содержанием. Там были фотографии незнакомых ей детей, письма от людей, о которых она никогда не слышала, и списки незнакомых ей имен — сотни и сотни имен.
Когда она спросила мужа о любопытном сувенире, он признался: полвека назад он был ответственен за спасение жизней 669 детей.
В 1938 году Уинтон, британский биржевой маклер, планировал на Рождество отправиться на лыжах в Швейцарию, когда ему позвонил его друг Мартин Блейк, который помогал еврейским беженцам в оккупированной нацистами части Чехословакии. Уинтон прервал свои планы на отпуск и начал действовать. Вместо того чтобы отправиться в Швейцарию, он поехал в Чехословакию, а когда прибыл туда, то обнаружил лагеря беженцев, полные евреев, живущих в ужасных условиях. Они отчаянно пытались бежать, и многие особенно стремились вывезти своих детей в безопасное место.
Поскольку Великобритания тогда уже принимала ограниченное число детей-беженцев, получить разрешение, найти транспорт и приемные семьи для них было непросто. Кроме того, чешские родители должны были отправить с каждым ребенком “гарантию” в размере 50 фунтов стерлингов (примерно 1295 долларов США по нынешним расценкам), чтобы помочь оплатить расходы, которые понесут приемные семьи.
Все эти препятствия были преодолены Уинтоном и еще несколькими добровольцами, которые назвали себя Британским комитетом помощи беженцам из Чехословакии (Детская секция). Они нашли британские семьи, готовые принять детей-беженцев с распростертыми объятиями, организовали транспортировку из Чехословакии в Англию и даже помогли собрать гарантийные средства. Когда разрешения заканчивались, они их подделывали. Когда не хватало средств, Уинтон сам восполнял разницу. Они подкупали железнодорожных чиновников и фабриковали транзитные документы.
В итоге семь поездов с 669 детьми успешно добрались из Чехословакии в Голландию, откуда на пароходе их доставили в Англию, прежде чем нацисты вторглись в Польшу 1 сентября 1939 года, закрыв границы Германии и заблокировав маршрут поезда. К сожалению, восьмой поезд был на пути из страны как раз в тот момент, когда границы закрылись. Считается, что 250 детей, находившихся на его борту, погибли в концентрационных лагерях. “Ни об одном из этих 250 детей больше не было слышно, — рассказывал позднее Уинтон. — В тот день мы напрасно ждали на Ливерпуль-стрит 250 семей. Если бы поезд пришел на день раньше, он бы дошел”.
Уинтон также сожалел, что не смог разместить больше детей за границей. Хотя он писал политикам в США, включая президента Франклина Д. Рузвельта, он не получил никакого ответа. Если бы США были готовы, говорил позже Уинтон, он мог бы спасти еще 2000 детей.
Те 669 жизней, которые он спас, никогда не забывали о нем. В 1988 году, после того как его жена передала альбом историку Холокоста, телепередача Би-би-си под названием That’s Life пригласила Уинтона принять в ней участие. Продюсеры без ведома гостя нашли многих детей, которые уже выросли к тому моменту, и пригласили их в студию. В какой-то момент момент Уинтон понял, что его окружают люди, которых могло бы и не быть.
Более 6000 человек теперь обязаны своей жизнью Уинтону, включая потомков. И пока он не умер в 2015 году в возрасте 106 лет, спасенные беженцы, которые называют себя “детьми Ники”, продолжали чтить его — в частности, праздновали дни рождения, устраивали реконструкции и ставили статуи. Один из “детей Ники”, Джон Филдсенд, хранит фотографию Уинтона на своем камине.
Даже после того, как его “секрет” был раскрыт и последовали похвалы, включая рыцарское звание, Уинтон оставался скромным в своих поступках. “Я видел проблему в том, что многие из этих детей были в опасности. Их нужно было доставить в безопасное убежище, а организации для этого не было, — говорил он. — Почему я это сделал? Почему люди вообще совершают те или иные поступки? Некоторые наслаждаются тем, что рискуют, а некоторые идут по жизни, не рискуя вовсе”.