Я на корпоративе вручила премию любовнице мужа и назвала её «золотым звеном» агентства
Какой позор! Какое унижение!
— Любка у нас молодец! Без Любки, не знаю, что бы я делала! — говорила я, поднимая бокал шампанского на нашем корпоративе. Повод был что надо — годовщина нашей конторы и… мы только что закрыли наш первый по-настоящему крупный контракт. Я говорила искренне, ведь Люба действительно крутилась как белка в колесе, да и мой муж Арсений, надо отдать ему должное, тоже старался.
Именно в этот момент я услышала несколько смешков из дальнего угла зала. Тогда я не придала этому значения. Ну, завидуют, подумала я. Я тут расхваливаю Любку, а она, по их мнению, обыкновенная выскочка, которая просто удачно подвернулась под руку. Я посчитала их реплики проявлением женской зависти, хотя, признаюсь, немного покоробило. Если бы я только знала тогда, что на самом деле было причиной этих смешков… Если бы только…
***
А началось всё, как это часто бывает, с моей неуёмной любви и желания сделать жизнь мужа лучше. Да-да, именно так. Обычно в жизни наоборот: есть успешный мужчина, который покупает своей прекрасной спутнице какой-нибудь миленький бизнес, чтобы она не скучала, пока он покоряет мир. У нас же было всё по-другому. Богатый мужчина отсутствовал, зато присутствовала богатая женщина — это я. У меня была отличная работа в одной из крупнейших нефтегазовых компаний страны, зарплата, о которой многие могли только мечтать, и солидный счёт в банке, который постоянно пополнялся. А мой Арсений… он работал простым менеджером в рекламной компании. По сути, он отвечал за типографию: когда, куда, что и в каком объёме напечатать. Он был, безусловно, очень способным мужчиной, умным, сообразительным, просто, как мне казалось, выбрал немного не ту работу.
— Ну зачем тебе эта реклама? — говорила я ему много лет назад, ещё когда мы только начинали жить вместе. — Давай ты отучишься, я тебе помогу устроиться к нам в компанию?
Но моё предложение он полностью отвергал, даже слушать не хотел.
— Реклама — это моя жизнь, и я хочу и буду ей заниматься! — твердил он мне как мантру, с таким упорством, что я невольно восхищалась его преданностью делу.
Но мне не нравилось, что он пашет с утра до ночи, а получает за свой труд какую-то несчастную пятизначную зарплату. За такой труд, по моему мнению, можно было получать и побольше, да и сама работа, хоть и была любимой, но выматывала его до нитки.
И однажды мне в голову пришла гениальная мысль.
— Слушай, а давай мы тебе откроем своё собственное рекламное агентство? — предложила я ему. — Всю эту кухню ты знаешь от и до. Зато всю прибыль будешь себе забирать, а не чужому дяде в карман отдавать.
Арсений задумался. Я видела, как в его глазах загорелся огонёк азарта.
— А что, это мысль! — сказал он. — Я подумаю.
Он подумал. А потом сказал:
— Я согласен! Только есть к тебе одна просьба!
Я, довольная, повернулась к нему.
— Какая?
— Любку, менеджера нашего, можно с собой заберу? Просто у нас в агентстве, если честно, мы с ней только вдвоём и работаем. В итоге одну половину работы хорошо знаю я, а вторую — Любка. Соответственно, вместе мы…
— Ладно! — перебила его я, даже не дослушав до конца. На тот момент мне было важно, чтобы он согласился, а кто там будет работать с ним в паре — дело десятое. — Бери!
Любка согласилась сразу. Запустились мы точно в срок, без задержек.
Потом Арсений и Люба с головой погрузились в раскрутку нашего нового рекламного агентства. Не буду вдаваться в подробности, скажу лишь одно: дела у них пошли неплохо. Со временем Арсений и Люба вышли на очень приличную прибыль, а потом даже взяли себе небольшой штат сотрудников, чтобы справляться с возросшим объёмом заказов. Всё шло как по маслу.
И вот, спустя год после того, как двери нашего рекламного агентства распахнулись для первых клиентов, я решила, что пришло время отметить этот успех. Ну, как говорится, не только же работать, но и отдыхать надо! А заодно и команду сплотить. Всё-таки, это был мой первый серьёзный бизнес-проект, и надо сказать, он оказался весьма удачным. Мы сняли уютный ресторанчик в центре, с видом на вечерний город, заказали лучшую еду и напитки. Я чувствовала себя настоящей бизнес-леди, гордой за своё детище.
Нахваливать собственного мужа при всём коллективе, согласитесь, не очень-то прилично. Да и незачем. Все и так знали, что Арсений — директор, и он, безусловно, молодец. Поэтому все главные лавры на этом празднике достались Любе. Любе — нашей верной помощнице, которая, по словам Арсения, тянула на себе больше половины всего рекламного агентства. Да и по моим наблюдениям, она действительно работала за троих.
— Нет, серьёзно, ребята! — я подняла тост, обводя взглядом всех присутствующих. — Я Любе очень, очень благодарна! Она — наше золотое звено! Без неё Арсению было бы в разы сложнее, да что там говорить, наверное, вообще ничего бы не получилось!
Я заметила, как некоторые сотрудники опять переглянулись и еле сдержали смешки. Ну, бывает, люди выпили, расслабились. Я продолжила, чувствуя себя благодетельницей:
— И чтобы как-то обозначить год её плодотворной работы, я решила выдать ей премию в размере месячной зарплаты!
И с этими словами я торжественно подняла над головой белый конверт, в котором лежала заслуженная Любина премия. Любка даже немного засмущалась, но в глазах светилась нескрываемая радость.
— Ой, да что вы, Ангелина Павловна! Не стоило, право слово… — начала она лепетать, но я уже подошла к ней.
— Стоило, Любаш, стоило! — сказала я, передавая ей конверт и крепко обнимая. — Ты у нас такая молодец! Как же ты нас выручаешь! Мы с Арсением без тебя как без рук!
Она чуть не расплакалась у меня на плече, шмыгнула носом и, поблагодарив ещё раз, села на своё место, прижимая конверт к груди. Я улыбнулась. Приятно делать людям добро, особенно когда они его заслуживают.
Праздник тем временем продолжался. Музыка играла, разговоры не умолкали, бокалы звенели. В какой-то момент, осматривая зал, я заметила, что на мероприятии не хватает одной девушки. Лилии. Я хорошо её запомнила, потому что принимала на работу лично. Я решила, что у Арсения и Любы и так слишком много забот, поэтому кадровыми вопросами решила заниматься сама, чтобы хоть как-то их разгрузить. Лиля мне очень понравилась на собеседовании — молодая, энергичная, с горящими глазами. Она, кстати, пришла к нам из того самого агентства, где раньше работали Арсений и Люба. Они, помню, были против, чтобы я её брала, говорили что-то вроде «да она слишком молода, слишком амбициозна, проблем с ней не оберёшься». Но мне она так приглянулась, что я их не послушала. И вот её нет. Странно.
— Вы спрашиваете, где Лиля? — задумчиво протянул один из наших менеджеров, с которым я разговорилась. Он почесал затылок, явно пытаясь подобрать слова. — Так её… её уволили на этой неделе, кажется.
— Кто уволил? — я была в замешательстве.
— Так Люба и уволила, — пожал плечами менеджер.
— За что?
— Да я сам не знаю, Ангелина Павловна. — Он отвёл глаза. — Я сам удивился. Вроде девушка такая хорошая, расторопная была. Вникала быстро.
Понятно. Значит, там у них свои интриги. Это меня не обрадовало, но и особо не удивило. В любом коллективе есть свои террариумы единомышленников. В целом, вечер прошёл хорошо, но вот новость об увольнении Лилии немного подпортила настроение. Всю дорогу домой я размышляла об этом. Что-то тут было не так.
На следующий день, ничего не сказав ни Арсению, ни Любе, я решила позвонить Лиле. Она ответила быстро, но голос у неё был совсем не такой бодрый, как на собеседовании. Она не стала по телефону объяснять мне причину своего увольнения.
— Давайте встретимся вечером, Ангелина Павловна, — предложила она. — Так будет лучше.
Я согласилась. Встреча была назначена в уютной кофейне на набережной. Я пришла чуть раньше, заказала себе кофе. Лиля появилась минут через десять. Она выглядела так, словно не спала несколько дней.
— Привет, Лиля, — сказала я, когда она подошла к столику. — Ты чего такая хмурая?
— Привет, — буркнула она, опустившись на стул напротив меня. — Из-за вас я упустила хорошее предложение по работе. Зачем я к вам пошла? Ещё и уволили в итоге…
Она посмотрела на меня с такой обидой, что мне стало не по себе.
— Во-первых, я тебя не увольняла, — твёрдо начала я, чтобы сразу расставить все точки над «и». — Во-вторых, я сама хочу узнать причину твоего увольнения. Мне никто ничего не сказал. Это вообще против правил.
Лиля вздохнула.
— Да я как пришла, мне Любка сразу сказала: «Ты, мол, здесь работать не будешь».
— Это почему же?
— Да потому что боятся они с Арсением Павловичем, — Лиля понизила голос, оглядываясь по сторонам, словно кто-то мог подслушать, — что я расскажу всё про них его жене.
— Про них? Жене? — переспросила я, стараясь сохранить невозмутимый вид, хотя внутри уже зарождалось неприятное предчувствие. — Что такого интересного про них ты можешь рассказать? Тем более жене!
— Да бросьте, — махнула она рукой, отворачиваясь. — Не хочу это начинать. Я же не за тем, чтобы их уволили…
— А я не собираюсь их увольнять. Они отличные работники, бизнес на них держится. На остальное мне наплевать. Просто хочу знать, чтобы потом не попасть впросак. Всякое бывает, знаешь ли.
Лиля посмотрела на меня, словно взвешивая мои слова. Потом глубоко вдохнула и выдохнула, будто сбрасывая с себя тяжёлый груз.
— Короче, — она понизила голос, — они встречаются. Уже давно. Ещё на прошлом месте работы у них шуры-муры начались. Он потому её с собой и забрал. Она… его любовница.
Я впала в ступор. Голова пошла кругом. Я смотрела на неё, пытаясь осознать услышанное.
— А ты откуда знаешь? — спросила я чуть не шепотом.
— Видела всё, — ответила она.
— Что всё?
— Да всё! Я застала, как они в кабинете этим занимались. Они думали, что я тоже ушла. А я сумочку забыла. Вернулась, чтобы её забрать… А там… Вот.
— Да ладно! — вырвалось у меня.
Я с трудом верила в происходящее. Это что, получается, я уже год, как сама содержу любовницу своего мужа, да ещё и премию ей сегодня вручила?! Какой позор! Какое унижение!
— Ну, это дела давно минувших дней, Лиль, — я пыталась говорить спокойно. — С чего ты взяла, что у них по-прежнему… ну… шуры-муры, как ты сказала…
— Видела их в кафе, — Лиля кивнула, не отводя взгляда. — Пару недель назад. Там всё понятно было. Они до сих пор вместе.
— Во дела! — вырвалось у меня.
— Да не то слово, Ангелина Павловна.
— Понятно. — Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. В голове уже формировался план. — Ты, значит, по-прежнему без работы?
— По-прежнему, — грустно ответила она, опуская глаза.
— Ну, значит, с понедельника у нас работаешь.
Лиля подняла на меня удивлённый взгляд.
— С понедельника? У вас? А как же Люба?
— Вот на её должность и пойдёшь!
— Но она же сказала…
— Я сказала!!! Как владелица всего этого рекламного… притона! И как… жена Арсения Павловича.
Лиля подняла на меня испуганные глаза.
— Вы… Вы… — она не могла договорить, потрясённая моим признанием.
— Да, она самая! — подтвердила я. — Пока ещё жена, но теперь это вопрос спорный.
Мы распрощались. Лиля выглядела совершенно ошеломлённой, а я чувствовала себя так, словно меня только что сбил грузовик. Злость и обида смешались во мне с жаждой справедливости.
Я пришла домой, и в тот же вечер, пока Арсений принимал душ, изучила его телефон. Никогда раньше не лезла в его личную жизнь. Не считала нужным, да и доверяла ему безоговорочно. Но сейчас у меня не было выбора. Мне нужны были неопровержимые доказательства, чтобы не мучиться сомнениями. И я нашла там всё: переписки, фотографии, видео — всё! Я листала их, чувствуя, как каждая новая находка словно нож вонзается в сердце. Вот они в обнимку на каком-то курорте, вот Люба целует его в щеку, вот видео, где они смеются, держась за руки. Я была в шоке. Всё это время он врал мне. А я… Я сама содержала его любовницу, платила ей зарплату, сегодня премию вручила! Какой позор, какая слепота! И какое… разочарование. Словно весь мой мир, построенный на доверии, рухнул в одночасье.
Я развелась с Арсением. Уволила Любу. Вместо неё взяла ту девочку, Лилю, как и обещала. Увольнять Арсения я не стала. Да, он никудышный муж. И как человек – подлец. Но он хороший специалист, это факт, а такими не разбрасываются в бизнесе.
Вы скажете: а как же Любка? Ведь она же тоже классный специалист? Зачем её уволила? Не знаю. Просто так захотелось. Чтобы не повадно было на чужих мужиков смотреть, да ещё и так нагло, под носом у законной жены.