«Твой домик пойдет на продажу, моей маме он сейчас нужнее!» — сказал Денис буднично, швырнув ключи на кухонный стол
Непорядочно и бесчестно решать без спроса.
— Ну ты, Ирина, даёшь! — восхищённо выдохнул Олег, всё ещё посмеиваясь. — Вот это ход. Просто шедевр.
— Прикрути где-нибудь так, чтобы сразу бросалось в глаза, — сказала она и сунула ему в руки самодельную табличку вместе с мотком жёсткой проволоки.
— С огромным удовольствием, — Олег принял пластик и покрутил его в ладонях. — Только скажи: а если он и правда заявится с болгаркой?
Ирина спокойно мотнула головой:
— Не заявится. Весь инструмент у него в гараже. А ключи от гаража я сегодня утром совершенно случайно унесла с собой на работу. Пока он поймёт, где они, пока доберётся, пока начнёт что-то искать… я уже успею закончить всё, что задумала.
На другой день, уже ближе к вечеру, Денис съехал с шоссе на разбитую грунтовку, которая вела к дачному кооперативу. Настроение у него было бодрое, почти победное.
Рядом, на пассажирском сиденье, ёрзал невысокий полный мужчина в очках — тот самый риелтор, которого Денис отыскал через знакомых. Всё складывалось удачно: покупатель, как обещали, был серьёзный, сделку можно было провернуть быстро. Мать с утра названивала без остановки и требовала назвать точный день, когда появятся деньги: рабочие уже ждали команды начинать ремонт.
Ирина после вчерашнего разговора не писала и не звонила. Денис переночевал у матери, решив, что так будет правильнее. Надо же было хоть раз показать характер и дать жене понять, кто в семье принимает решения. Пусть посидит одна, остынет, подумает. Куда она денется? Да, участок оформлен на неё, но он приведёт её на сделку за руку. Прижмёт угрозой развода — подпишет как миленькая. Ирина не из тех, кто любит большие скандалы и разборки на людях.
— Место отличное, — уверенно рассказывал Денис, выворачивая руль на последнем повороте. — Тишина, воздух, вокруг зелень. Забор капитальный, железный, высокий. Участок, конечно, надо немного привести в порядок, но это ерунда. У меня там металл лежит, личный, я его на днях вывезу.
Автомобиль мягко остановился возле зелёного сплошного забора. Денис заглушил двигатель, расправил плечи и с важным видом выбрался наружу.
— Прошу, Аркадий Олегович, — произнёс он почти торжественно. — Осматривайте владения.
Он подошёл к калитке, достал из кармана джинсов связку ключей и привычно ткнул ключом туда, где всегда находилась замочная скважина.
Раздался сухой металлический звон.
Денис замер. Потом нахмурился, наклонился ближе и уставился на серую поверхность калитки. Скважины не было. Там, где раньше стоял врезной замок, теперь проходил толстый неровный шов от сварки — свежий, грубый, ещё светлый, не успевший потемнеть.
Он упёрся плечом в калитку и попытался её продавить. Бесполезно. Она даже не дрогнула, будто стала частью забора.
— Это ещё что за фокусы? — тихо выдавил он сквозь зубы.
Денис резко отошёл в сторону, к широким воротам для машины. Но там его ждала та же картина. От верхнего края до самого низа тянулся сплошной металлический рубец, намертво прихвативший створки к столбам.
За его спиной вежливо, но заметно неловко кашлянул риелтор.
— Денис Павлович… — осторожно начал Аркадий Олегович. — А каким образом мы планируем попасть внутрь?
— Сейчас, сейчас, — пробормотал Денис и начал дёргать створки, хотя уже прекрасно понимал: шансов нет. Лицо у него наливалось тёмной краской. — Какие-то идиоты, видимо, решили пошутить.
В этот момент он заметил справа от калитки белое пятно. К забору толстой стальной проволокой был примотан кусок пластика.
Денис подошёл ближе и прочитал написанное чёрным маркером:
«ПРОДАЁТСЯ МЕТАЛЛОЛОМ. ТРУБЫ, РАДИАТОРЫ, ВАННЫ, ЗАПЧАСТИ. САМОВЫВОЗ. ПРИ ПОКУПКЕ ОПТОМ — СКИДКА. ДЕНЬГИ ПЕРЕВОДИТЬ ЛАРИСЕ СЕРГЕЕВНЕ НА РЕМОНТ».
Ниже, огромными цифрами, был выведен номер мобильного телефона его матери.
У Дениса внутри всё ухнуло. К горлу медленно подступил тяжёлый, липкий ком, мешающий дышать. Он поднял глаза поверх забора. Там, за этой неприступной железной стеной, лежала вся его драгоценная гора металла: трубы, батареи, детали, железяки, которые он три года собирал, сортировал, берёг и аккуратно накрывал брезентом от дождя.
Аркадий Олегович тоже успел изучить объявление. Он поправил очки, посмотрел на Дениса уже совсем без прежней заинтересованности и сухо спросил:
— Я правильно понимаю, осмотр отменяется?
Пауза вышла неприятной.
— Денис Павлович, — продолжил риелтор, отступая на шаг, — решайте, пожалуйста, свои семейные вопросы без моего участия. До станции я дойду пешком, здесь недалеко.
Он развернулся и быстрым шагом направился обратно по пыльной дороге.
Денис даже не заметил, как тот ушёл.