«Ты и так живёшь за наш счёт» — заявила Диана, спокойно доев третий ломтик сыра с моей тарелки
Это было нечестно, унизительно и страшно.
Она объяснила это тем, что для банкета якобы внезапно понадобилась ещё одна доплата, иначе с рестораном могли возникнуть сложности.
Я перевела взгляд на свекровь и постаралась говорить спокойно:
— Галина Сергеевна, ресторан уже полностью оплачен мной. Последний перевод я сделала три дня назад. Никаких дополнительных взносов там не просили.
Она словно растерялась окончательно и медленно села на ближайший стул.
— Тогда зачем Диана взяла у меня деньги?
Я не нашлась, что ответить сразу.
В памяти тут же сложились в одну картину её разговоры о том, будто у нас с Дмитрием материальные проблемы, её новое платье, дорогая укладка и самоуверенные слова о том, кто якобы тянет на себе весь праздник.
Но бросаться обвинениями, не поговорив с ней напрямую, я не хотела.
— Давайте сначала спросим у неё, — сказала я. — Только не при всех. Пусть Дмитрий спокойно отметит свой день рождения.
Диану мы нашли недалеко от входа. Она оживлённо беседовала с гостями и явно не собиралась отрываться от своей роли хозяйки вечера.
Я попросила её выйти на минуту в коридор. Галина Сергеевна пошла рядом.
— Диана, мама передала тебе восемь тысяч гривен на ресторан? — спросила я без предисловий.
Она заметно напряглась.
— Ну передала. И что?
— Зачем, если банкет был уже оплачен?
— А я откуда должна была знать, что ты всё закрыла?
Я даже не сразу поверила, что она говорит это всерьёз.
— Диана, я тебе сама об этом сказала. И администратор подтвердил: никаких доплат не будет.
Она на секунду замялась, но быстро попыталась выкрутиться:
— Я решила, что всё равно появятся дополнительные расходы. Цветы, декор, какие-то мелочи.
Я напомнила, что оформление и цветы прописаны в договоре, и попросила показать чеки, если она действительно что-то покупала для вечера.
Диана вспыхнула.
— Ты сейчас мне допрос устраиваешь? Я, между прочим, тоже кучу времени потратила на подготовку!
Галина Сергеевна тихо, почти шёпотом спросила:
— Дианочка, а мои деньги где?
Диана отвела глаза в сторону.
— Потратила. Но я собиралась вернуть, когда получу зарплату.
Свекровь побледнела.
— На что потратила?
Диана молчала.
В этот момент в коридор вышел Дмитрий. Он искал мать, чтобы позвать её на семейное фото, и сразу понял, что произошло что-то неприятное.
— Что у вас тут? — спросил он.
Я коротко пересказала ему всё, без лишних подробностей. Дмитрий выслушал, затем повернулся к сестре.
— Диана, ты взяла у мамы деньги, сказав, что они нужны на мой юбилей?
— Я же сказала, что верну!
— Почему ты тогда не сказала правду? Зачем придумала ресторан?
Она раздражённо махнула рукой.
— Потому что вы бы всё равно не поняли! У меня тоже есть расходы. Мне надо было нормально выглядеть на этом празднике!
Галина Сергеевна закрыла глаза, будто ей стало физически больно это слышать.
— Диана, я не давала тебе деньги на платье.
Дмитрий несколько секунд молчал, потом произнёс уже жёстче:
— Вернёшь маме всю сумму. А сейчас мы заканчиваем этот разговор. Я не хочу, чтобы гости слушали наши семейные разборки.
Диана отвернулась к окну и ничего не ответила.
Мы вернулись в зал, но прежней лёгкости уже не было. Вечер будто надломился изнутри.
Как выяснилось позже, Диана успела рассказать нескольким родственникам, что праздник они с матерью оплачивают вместе, потому что мы с Дмитрием якобы сейчас не справляемся.
После её тоста гости начали задавать странные вопросы.
Первой ко мне подошла двоюродная сестра Дмитрия.
— Ирин, ты извини, что спрашиваю, но Диана сказала, будто ты осталась без работы. Может, вам какая-то помощь нужна?
Я почувствовала, как от злости у меня вспыхнули щёки, но ответила ровно:
— Спасибо за заботу, но я работаю. И сегодняшний банкет оплачивала сама.
Женщина искренне удивилась.
— Правда? А Диана совсем иначе рассказывала.
Я только пожала плечами.
— Значит, она неверно поняла ситуацию.
Наш разговор услышали ещё несколько человек. Через некоторое время Дмитрий заметил, что гости переглядываются, шепчутся и поглядывают в нашу сторону. Он наклонился ко мне и спросил, что происходит.
Я рассказала ему о вопросах родственников.
Он помолчал несколько секунд, потом встал из-за стола и попросил внимания.
— Друзья, я хочу сказать ещё пару слов. Спасибо всем, что вы сегодня пришли. Для меня правда важно видеть рядом людей, с которыми связано столько тёплого и хорошего. И отдельно я хочу поблагодарить мою жену Ирину. Именно она придумала этот вечер, выбрала ресторан, договорилась обо всём, организовала праздник и оплатила его из собственных заработанных денег. Я знаю, сколько сил она вложила, и очень её люблю.
В зале раздались аплодисменты.
Дмитрий подошёл ко мне, обнял и поцеловал. Я почувствовала, что ещё немного — и расплачусь, хотя изо всех сил старалась держаться.
Галина Сергеевна подняла бокал.
— Ириночка, спасибо тебе за этот праздник. И прости меня, что я сразу не разобралась.
Я улыбнулась ей. Свекровь, по сути, не была виновата в том, что поверила собственной дочери. Но услышать эти слова мне было важно.
Диана сидела неподвижно, опустив взгляд в тарелку.
Впервые за весь вечер ей было нечего сказать.
После юбилея она не появлялась почти три недели. Дмитрий несколько раз разговаривал с ней по телефону, и постепенно выяснилось, что восемь тысяч гривен она действительно потратила на себя: купила платье, сходила в салон, оплатила ещё несколько личных покупок. С деньгами у неё было туго, но на празднике ей хотелось выглядеть эффектно.
Галине Сергеевне Диана вернула всю сумму двумя переводами в течение месяца.
Дмитрий переживал сильнее, чем пытался показать.
— Не понимаю, зачем она всё это устроила, — сказал он как-то вечером. — Могла бы просто попросить у мамы в долг.
Я ответила, что тогда ей пришлось бы честно объяснить, на что именно нужны деньги. А Диане, похоже, хотелось и получить помощь, и одновременно выглядеть человеком, который сам всех спасает.
Дмитрий тяжело вздохнул.
— А тебя при этом выставила бездельницей.
— Вот это меня и задело больше всего, — сказала я. — Не платье, не салон и даже не деньги. Она ведь понятия не имеет, как я работаю, но почему-то решила, что может распоряжаться моей репутацией.