«Ты и так живёшь за наш счёт» — заявила Диана, спокойно доев третий ломтик сыра с моей тарелки
Это было нечестно, унизительно и страшно.
— Дело совсем не в стульях, — сказала я, стараясь не повышать голос. — Важно то, как сам Дмитрий видит этот вечер.
Диана тут же надулась, будто я запретила ей не гостей позвать, а совершить подвиг. Уже через час она пожаловалась Галине Сергеевне, что я «совершенно не считаюсь со старшими» и будто специально отталкиваю семью от праздника.
На этом, разумеется, всё не закончилось.
Диана начала обзванивать родственников и знакомых, подробно рассказывая, сколько сил, времени и нервов она вкладывает в подготовку юбилея брата. Спустя пару дней до меня дошло, что многие уже уверены: именно она руководит всем мероприятием, а я где-то там сбоку, в лучшем случае выбираю салфетки.
Первой позвонила двоюродная сестра Дмитрия.
— Ирин, Диана сказала, что у вас сейчас с деньгами напряжённо, поэтому они с Галиной Сергеевной взяли организацию на себя. Может, и нам чем-то поучаствовать?
Я даже не сразу нашлась, что ответить. Потом спокойно объяснила, что никаких финансовых сложностей с банкетом нет, все основные расходы уже закрыты, и помощь не требуется.
Вечером я позвонила Диане и прямо спросила, зачем она распространяет среди родни истории о наших якобы денежных проблемах.
— Ой, Ирина, ну не начинай, — протянула она с раздражением. — Я просто сказала, что помогаю. А кто там что додумал — это уже не ко мне.
— Тогда будь добра, объясни людям, как всё на самом деле.
— Да какая вообще разница, кто платил? — фыркнула Диана. — Главное, чтобы Дмитрию понравилось.
Я поняла, что спорить бесполезно, и предложила закрыть тему. Но примерно через неделю она снова объявилась — на этот раз с новой идеей. Диана поинтересовалась, не заказать ли к юбилею огромный баннер с фотографией Дмитрия.
— Не надо, — ответила я без паузы. — Дмитрий терпеть не может такие вещи.
— Ты даже нормальный сюрприз брату сделать не позволяешь!
— Сюрприз должен радовать именинника, а не того, кто его придумал.
После этой фразы Диана исчезла из эфира на целых два дня. За это время я успела закрыть несколько рабочих проектов, разобрать почту и впервые за долгое время нормально выспаться. Оказалось, тишина — тоже подарок, причём очень ценный.
В день юбилея Дмитрий вместе с сыном поехали забирать торт из кондитерской. Я планировала чуть позже отправиться в ресторан, чтобы на месте проверить последние детали.
Но Диана появилась раньше — без звонка, без предупреждения, как будто входила в собственную квартиру.
На ней было свежее платье оттенка шампанского, массивные серьги и сложная укладка, над которой явно работал не один утюжок, а профессиональный мастер. Выглядела она празднично, спору нет. Только выражение лица у неё было такое, будто она явилась не на юбилей, а на переговоры с противником.
Я в этот момент нарезала овощи — хотела перекусить перед выходом.
Диана окинула взглядом моё тёмно-синее платье.
— Новое?
— Да. Купила на прошлой неделе.
— Наверное, недешёвое.
— В рамках моего бюджета, — спокойно ответила я.
Она усмехнулась краешком губ.
— На юбилей мужа можешь и без подарка приходить. Ты и так живёшь за наш счёт. И сегодня, пожалуйста, не изображай главную хозяйку вечера. Мы с мамой всё подготовили.
Я медленно опустила нож на доску.
— Диана, уточни, пожалуйста, кто такие «мы»?
— Ну как кто? Я и мама. Дмитрий тебя содержит, а мы ему помогаем. Ты же сейчас почти не работаешь.
На секунду мне захотелось открыть ноутбук, показать ей переписки с заказчиками, договоры, поступления на счёт. Но почти сразу я остановила себя. С какой стати я вообще должна доказывать Диане, что имею право купить себе платье?
— Если тебя действительно интересует моя работа, можешь спросить по-человечески, — сказала я. — Но обсуждать, кто кого содержит, я с тобой не намерена.
Диана театрально закатила глаза.
— Ну конечно, опять обиделась. С тобой уже и слова сказать нельзя.
— Слова говорить можно, — ответила я ровно. — Унижать людей не стоит.
Она взяла с тарелки ещё один кусочек сыра и заявила, что едет в ресторан «лично всё проконтролировать».
Я посмотрела на почти пустую тарелку и подумала, что организаторская жилка у Дианы действительно сильная. Особенно когда речь идёт о чужой еде.
К шести вечера гости начали подтягиваться в зал.
Всё выглядело именно так, как я и задумывала: небольшие цветочные композиции на столах, мягкая музыка, экран для семейных снимков. Без гигантских шаров размером с малолитражку, без пошлых конкурсов и переодеваний в нелепые костюмы.
Дмитрий улыбался почти весь вечер. Он обнял старого друга из института, с которым не виделся несколько лет, тепло встретил бывшего коллегу, а потом долго смеялся над фотографией, где стоял у школьной доски с причёской, похожей на перевёрнутую щётку.
Полина смонтировала трогательный видеоролик, а Игорь рассказал историю о том, как отец однажды учил его ремонтировать велосипед. После трёх часов усилий велосипед всё-таки поехал, но у них осталась лишняя гайка, которую Дмитрий, как выяснилось, до сих пор хранит в ящике.
Гости смеялись, муж светился от удовольствия, и я наконец позволила себе расслабиться.
Но ненадолго.
В какой-то момент Диана поднялась из-за стола и постучала ложечкой по бокалу.
— Дорогие друзья! — громко начала она. — Сегодня у моего любимого брата замечательный юбилей. Мы с мамой очень старались, чтобы этот вечер состоялся. Сейчас всё стоит недёшево, но для родного человека, конечно, ничего не жалко.
Я сразу напряглась.
— Особенно важно поддерживать друг друга, когда не у всех в семье есть возможность вложиться одинаково, — продолжила она, с выражением глядя по сторонам. — Главное, чтобы рядом с Дмитрием были люди, которые по-настоящему о нём заботятся.
Несколько гостей неловко переглянулись.
Я почувствовала, как Дмитрий рядом со мной замер.
Диана подняла бокал. Все выпили за именинника, а она с видом победительницы села обратно.
Дмитрий наклонился ко мне и тихо спросил:
— Ирин, это сейчас что было?
— Похоже, твоя сестра решила, что мы живём у неё на иждивении.
Он нахмурился.
— Я с ней поговорю.
Я попросила его не устраивать выяснение отношений прямо во время праздника. Вечер всё-таки был для него, и мне не хотелось превращать юбилей в семейный скандал.
Но через полчаса стало ясно, что дело не ограничивается одним неприятным тостом.
После подачи горячего ко мне подошла Галина Сергеевна. Она выглядела смущённой и говорила вполголоса.
— Ириночка, ты только на Диану не сердись. Она иногда лишнего наговорит, сама не замечает.
Я посмотрела на неё внимательно и спросила:
— Галина Сергеевна, а вы тоже думаете, что Диана оплачивает этот юбилей?
Свекровь растерялась.
— Ну… она сказала, что вам сейчас тяжеловато, поэтому надо помочь. Я ей восемь тысяч гривен дала на ресторан.
У меня внутри всё будто заледенело.
— Когда вы ей передали деньги?
— На прошлой неделе, — тихо ответила она.