Тревожно прекрасное место, где прошлое кажется пустым.
— О, вы и имя её не забыли?
— Память иной раз удерживает больше, чем сам от неё ожидаешь.
Алина сидела рядом и почти не вступала в разговор. Перед ней словно приоткрывалась незнакомая сторона Владимира: прежний, молодой, харьковский, окружённый друзьями и знакомыми, о котором она до сих пор не имела представления. Он без усилия вспоминал зимний каток, прогулки по морозным улицам, какие-то вечера в обществе, забавные происшествия. И впервые за долгое время прошлое звучало в его устах спокойно, почти светло, без привычной тени, которая обычно ложилась на лицо при подобных воспоминаниях.
— Вы с Артёмом одно время были почти неразлучны, — заметила Валерия Павловна.
— Было такое, хотя совсем недолго. Зато потом, уже здесь, мы довольно часто виделись и много общались.
— Меня всегда поражало, до чего вы были непохожи.
— Вероятно, именно поэтому и сошлись.
— Артём сначала бросался делать, а уж потом принимался рассуждать.
— А я, напротив, сперва рассуждал так долго, что потом порой уже и делать было нечего.
Валерия рассмеялась.
— Вот именно такими я вас обоих и помню.
На короткое время между ними возникла лёгкая, доверительная близость людей, которых связывает давняя память: им не требовалось объяснять друг другу ни имён, ни обстоятельств, ни половины намёков.
Затем беседа незаметно свернула к Полтаве.
Владимир окинул взглядом комнату.
— Дом почти тот же. Мало что изменилось.
Валерия Павловна тоже посмотрела вокруг, будто стараясь увидеть его глазами.
— Я не знаю, каким он был при Артёме.
— Более живым, — тихо сказал он.
Она помолчала несколько секунд.
— Теперь Анатолий Павлович поддерживает порядок, насколько это вообще возможно.
Владимир кивнул. Управляющего он помнил хорошо и знал не понаслышке.
— Юрий Николаевич не собирался продать имение? — спросил он после небольшой паузы.
Валерия Павловна сразу отрицательно качнула головой.
— Папенька не решится на это без моего согласия.
— Значит, Полтаву оставили по вашей просьбе?
— Да.
Она опустила глаза.
— Я сама настояла.
Владимир, кажется, понял, что за этим стояло. Валерия продолжила уже спокойнее:
— Впрочем, особого смысла в продаже нет. Сомневаюсь, что покупатель нашёлся бы быстро.
— Отчего же?
Вопрос явно её удивил.
— Имение слабое.
Владимир медленно опустил чашку на блюдце.
— Слабое?
— Да. Дохода почти нет. Анатолий Павлович постоянно пишет папеньке: хозяйство небольшое, расходов много, дом требует ухода. Иногда он пересылает что-то в Харьков, но это совсем скромные суммы.
Владимир несколько секунд молчал, и Алина заметила, как изменилось его лицо.