«Может, уже хватит говорить от его имени?» — Татьяна Алексеевна опустила взгляд и вышла
Горько признать чужую заботу и бессмысленно сопротивляться.
Татьяна Алексеевна вскоре перебралась в Сумы.
Связь между ними почти сошла на нет. Редкие короткие сообщения, формальные поздравления по праздникам — и всё. Так незаметно минуло несколько лет.
Потом в жизни Даниила появилась Полина.
Она была рыжеволосой, шумной, живой, постоянно смеялась и совершенно не умела притворяться равнодушной, если ей что-то было важно. Через два года отношений Даниил сделал ей предложение.
Начались хлопоты перед свадьбой: списки гостей, ресторан, фотограф, платье, меню, рассадка. И как-то вечером Полина вдруг спросила:
— А Татьяна Алексеевна придёт?
Даниил сразу помрачнел.
— С какой стати?
— Потому что ей надо быть на нашей свадьбе.
— Она мне чужой человек.
Полина внимательно на него посмотрела.
— Она жила рядом с тобой с тех пор, как тебе было четырнадцать.
— И что с того?
— Она всё равно была рядом.
— Она не моя мать.
— Я и не утверждаю обратное. Но если ты её не позовёшь, потом, возможно, будешь жалеть.
Даниил долго ничего не отвечал. Потом молча взял телефон, нашёл номер и нажал вызов.
Когда на том конце ответили, он сказал сухо:
— Двадцать третьего июля у нас свадьба. В Киеве.
Несколько секунд в трубке стояла тишина.
— Я приеду, — наконец произнесла Татьяна Алексеевна.
— Хорошо.
— Даниил…
— Что?
Она будто хотела что-то добавить, но передумала.
— Ничего.
— Тогда увидимся.
Он сбросил вызов.
Спустя несколько минут Татьяна Алексеевна открыла банковское приложение. На карте оставалось шестнадцать тысяч восемьсот гривен. Она сняла почти всю сумму, купила билет Сумы — Киев и стала собирать небольшую дорожную сумку.
На самое дно она осторожно положила старый конверт.
В нём лежали фотографии. Одни уже пожелтели от времени, другие были совсем крошечными. На одном снимке трёхлетний Даниил сидел на руках у женщины. На другом его мать держала его за ладонь возле старого деревянного дома.
Под фотографиями находилась копия письма, которое Татьяна Алексеевна берегла восемь лет.
Она так и не нашла в себе сил показать его Даниилу.
Ресторан «Колизей» в день свадьбы был полон людей. Сорок восемь приглашённых, белоснежные скатерти, пионы, гортензии, блеск бокалов, фотограф с камерой и ведущий, который говорил слишком громко даже тогда, когда в этом не было необходимости.
Полина сияла.
Даниил улыбался ей, но сам будто наблюдал за происходящим со стороны, словно праздник разворачивался не совсем с ним.
Татьяна Алексеевна сидела за дальним столиком. Она почти ни с кем не разговаривала. Иногда вежливо улыбалась соседям, иногда переводила взгляд на Даниила. Но стоило их глазам встретиться, как она сразу отворачивалась.
Около восьми вечера Даниил заметил у входа администратора. Та что-то тихо объясняла охраннику, потом, заметно волнуясь, направилась к нему.
— Даниил Андреевич, простите.
— Что-то случилось?
— Там пришла женщина.
— Какая женщина?
Администратор понизила голос:
— Она говорит, что она ваша мать.
Даниил на мгновение решил, что неправильно расслышал.
— Что?
— Она не скандалит, ничего не требует, денег не просит. Просто говорит, что ей необходимо с вами поговорить.
Он нахмурился.
— Моя мать умерла.
— Я ей это сказала.
Администратор замялась.
— Но она назвала ваше полное имя, дату рождения и девичью фамилию вашей матери.
Пальцы у Даниила похолодели.
Он медленно посмотрел через зал. Татьяна Алексеевна стояла возле своего стола. Она слышала всё. Лицо у неё стало совершенно белым.
И впервые за все годы Даниил увидел в её глазах настоящий испуг.
Он поднялся.
— Где она?
— В фойе.
Даниил вышел из зала.
Возле гардероба стояла женщина лет пятидесяти. Бордовое пальто, недорогие туфли, усталое лицо, седина у корней тёмных волос. Она нервно теребила край сумки, словно не знала, куда деть руки.
Увидев Даниила, женщина застыла.
— Данечка…
Он остановился.
Это обращение ударило неожиданно больно. Даниил не помнил, чтобы кто-то называл его так последние двадцать лет.
— Кто вы? — спросил он глухо.
Женщина сглотнула.
— Ты меня не помнишь.
— Нет.
Она кивнула так, будто заранее знала, каким будет ответ.
— Конечно.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
— Меня зовут Марина Сергеевна, — сказала она наконец.
Она глубоко вдохнула и добавила:
— Я твоя мать.
У Даниила внутри всё сжалось.
— Моя мать умерла.
— Это отец тебе сказал?
— Да.
Марина опустила взгляд.
— Значит, он так и не сказал правду.
— Какую правду?
— Что я жива.
Даниил молчал.
Потом спросил:
— Откуда вы узнали, где будет моя свадьба?
Марина достала телефон, но тут же опустила руку.
— Я несколько месяцев пыталась тебя найти. Расспрашивала старых знакомых. Потом случайно увидела объявление фотографа. Там были твоё имя и фамилия Полины.
Она невесело усмехнулась.
— Я много раз собиралась приехать.
— Почему не сделали этого раньше?
Марина долго не отвечала.
— Боялась.
— А теперь перестали?
— Теперь я поняла, что могу просто не успеть.
Даниил напрягся.
— Что это значит?
— У меня проблемы со здоровьем. Надеюсь, не смертельные. Но испугалась я по-настоящему.
Она вынула из кармана сложенный листок бумаги.
— Здесь мой номер.
Марина положила бумагу на стойку гардероба.
— Если захочешь поговорить, позвони.
Даниил посмотрел на листок, но не взял его.
— Почему вы пришли именно сегодня?
Марина подняла на него глаза.
— Хотела увидеть, каким ты стал.
Потом, помедлив, сказала:
— И ещё хотела попросить тебя об одном.
Даниил криво усмехнулся.
— Вот теперь понятно.
— Нет, не так.
Она устало выдохнула.
— Мне нужна помощь с лечением. Но я пришла не за деньгами. Просто я не знала, как иначе сказать тебе, что я есть.
Даниил ничего не ответил.
Марина повернулась, будто собиралась уйти. Уже сделав шаг к выходу, она вдруг замедлила шаг, словно вспомнила что-то важное.