«Мы уже развелись» — устало произнесла Юлия, глядя в окно, пока Денис в спальне громко собирал вещи
Жутко и несправедливо жить рядом с чужой пустотой.
К дверям полетело всё, что не принадлежало ей. Своего Юлия не трогала, не била, не рвала. Зато чужие пакеты, тапки, косметички и какие-то свёртки вылетали в коридор так резко, что Денис с Оксаной только шарахались в стороны.
— Ты вообще в себе? — рявкнул Денис.
— Впервые за долгое время — да, — бросила она. — Это раньше я слишком старательно изображала спокойную и понятливую.
Он сделал шаг к ней. Уже не растерянный, а злой. Подался корпусом вперёд, навис, будто хотел одним видом заставить её замолчать.
— Юлия, немедленно успокойся.
Она резко повернулась к нему.
— А ты кто такой, чтобы здесь распоряжаться? — выкрикнула она прямо ему в лицо. — Временный жилец, которого я по глупости пустила и пожалела!
Слово «жилец» попало точно в цель. Денис даже дёрнулся, словно получил не словом, а пощёчиной. Видно было: хотел ответить грубо, поставить её на место, но нужной фразы не нашёл.
Оксана стояла у входа, прижимая к себе сумку и подбирая с пола свои тапки. На Дениса она смотрела уже иначе. Без прежней уверенности, без той наглой хозяйской интонации. Будто перед ней за минуту сдулся взрослый мужчина, за которого она его принимала, и остался жалкий мальчишка, пойманный на вранье.
— Это правда? — тихо спросила она. — Скажи честно. Ты всё это время жил у бывшей жены? И меня сюда привёл?
— Оксана, я сейчас объясню…
— Он уже всё объяснил, — холодно сказала Юлия. — Лучше не придумаешь.
Она почти выбежала на кухню, потому что в прихожей стало нечем дышать. Пальцы дрожали так сильно, что она не сразу попала по экрану телефона. Набрала Тамару — единственную подругу, которая ещё месяц назад сказала прямо: «Не пускай его обратно. Потом махнёшь рукой, а он уже устроится и не выгонишь».
— Да? — ответила Тамара.
— Тамара… он… — Юлия захлебнулась воздухом, не в силах сразу сложить слова. — Он привёл сюда женщину. В мою квартиру. Она открыла мне дверь и заявила, что теперь они здесь будут жить.
На том конце повисла пауза. Очень короткая.
— И почему ты до сих пор с ними разговариваешь?
— Что?
— То. Звони в полицию. Пусть собираются и вылетают оттуда немедленно.
— Я…
— Юлия, приди в себя. Это твоя квартира. Они фактически заняли твоё жильё и ещё пытаются диктовать условия. Если продолжишь слушать их бред, через пять минут тебе начнут доказывать, что ты истеричка и сама всё неправильно поняла.
После этих слов Юлия вдруг будто выпрямилась изнутри. Впервые за весь вечер кто-то не стал уговаривать её быть мудрее, спокойнее, выше всего этого, подумать о чувствах других. Тамара просто назвала происходящее своим именем.
В коридор Юлия вернулась уже без крика. Голос стал ровнее, и от этого Денис, кажется, напрягся ещё сильнее.
— У тебя пять минут, — сказала она. — Берёшь самое необходимое и уходишь. Остальное я выставлю на лестничную площадку.
— Ты не можешь так со мной.
— Проверим? — Юлия подняла телефон. — Я сейчас вызываю полицию и спокойно объясняю, кто собственник квартиры. А заодно рассказываю, что после развода ты жил здесь без всякого договора и решил привести новую женщину.
— Не позорь меня, — процедил он.
— Ты справился без моей помощи. Передо мной. Перед ней. И перед своей матерью, которой ты сам всё это объяснишь.
При упоминании матери Денис окончательно сник. Видимо, в голове у него слишком отчётливо возник предстоящий разговор.
— Юль, ну куда я сейчас пойду?
— Туда, куда собирался идти вместе с ней.
— Дай хотя бы до вечера.
— Нет.
— У меня тут вещи…
— Пять минут, — повторила она. — Потом я начинаю выносить всё в подъезд и звоню участковому.
Оксана уже застегнула куртку. Сумки висели у неё в руках. На Юлию она больше не смотрела вызывающе. Лишь однажды подняла глаза и негромко произнесла:
— Я правда не знала.
— Мне без разницы, — ответила Юлия.
И это было честно. Ей больше не хотелось разбираться, кто кого обманул, кто на что надеялся и кому теперь обидно. Важным оставалось только одно: чтобы они ушли.
Денис метался по квартире, хватая то рюкзак, то зарядку, то футболки с сушилки. Движения стали суетливыми, резкими, бессмысленными. Уже не хозяин положения. Уже не мужчина, который всё контролирует. Просто взрослый человек с пакетами, которого выставляют из чужого дома.
— Вот это тоже забери, — Юлия сунула ему его бритву.
— Не трогай мои вещи.
— Твои? — она коротко, зло усмехнулась. — Ты серьёзно сейчас будешь говорить мне о своих вещах в моей квартире?
Из ванной она принесла его гель для душа. Со стола забрала зарядку от ноутбука. Из прихожей вытащила зимнюю шапку, которую он почему-то так и не увёз. Всё это без лишних церемоний отправлялось в его пакеты.
Первой дверь открыла Оксана.
— Денис, я подожду внизу, — сказала она сухо.
Он рванулся к ней:
— Оксана, постой.
— С меня хватит.
Она вышла тихо, даже дверью не хлопнула. И, пожалуй, именно это оказалось для Дениса самым унизительным: женщина, перед которой он так долго изображал мужчину с квартирой и устойчивой жизнью, теперь видела в нём обычного обманщика.
Он остался посреди прихожей с двумя пакетами и рюкзаком за плечом.
— Юль…
— Всё.
— Я потом смогу забрать остальное?
— Напишешь заранее. Когда меня не будет дома, я оставлю у двери. Но заходить и тем более оставаться здесь ты больше не будешь.
Денис открыл рот, будто собирался бросить ей что-то резкое, но на полуслове осёкся.